— Я сейчас на больничном, как ты помнишь, и не могу себе позволить переезд. Тем более к друзьям, учитывая мои новые супер-способности. Не хватало кого-то из них отправить куда-нибудь.
— Можешь временно переехать ко мне.
Девушка поморщилась:
— Я не это имела в виду.
Меньше всего хотелось, чтобы маг подумал, будто она таким образом напрашивается в его дом, или, несмотря на смелое заявление в машине, все же ищет его компании, прикрываясь опасностью. А-ля дама в беде, слабая и беззащитная. Поэтому лучше прояснить все сразу.
— Я знаю, — успокоил темный, признавая ее независимость. — Я тоже имею в виду другое. Те, кого ищу я, ищут тебя. И мне выгоднее, чтобы ты была рядом и на виду. Это для всех безопаснее.
Конечно, в его словах было рациональное зерно. Рядом с магом она не причинит вреда ни себе, ни окружающим, и возможно, даже сможет разобраться с силами, которые ей стали доступны. А если очень повезет, поймет, как это вообще произошло. Напряжение уходило. С Марком было бы спокойнее. И приятнее. Только вот…
Чайник засвистел, обрывая мысль, Ева выключила газ.
— Все-таки придумал, чем я могу быть тебе полезна? — иронично подметила она, разливая по чашкам кипяток. — Но это тоже не выход. У меня есть работа, квартира, семья и обязательства. Некоторых маньяков ищут годами. А то и десятилетиями… А некоторых вообще не находят! Я не смогу скрываться вечно.
— Не сможешь, — мягко согласился он. И добавил с соблазнительным прищуром: — Поживешь у меня, пока не надоешь.
Ева бросила в чашки по пакетику чая и пододвинула вторую чашку к краю стола, ближе к Марку.
— А что делать, если ты мне надоешь? — насмешливо уточнила девушка, поднося к губам горячий напиток.
Чернорецкий сложил руки, опираясь край столешницы, где медленно заваривался и остывал чай для него.
— Я очень постараюсь тебе не наскучить. Но, если мое великолепное общество все же надоест, уедешь, — он прикоснулся к ручке чашки и чуть сдвинул. — Может, лучше кофе?
— Много кофе вредно. Чай тонизирует, освежает, богат витаминами, минералами, антиоксидантами…
— Мы еще не начали жить вместе, а ты уже пытаешься изменить мои привычки?
Ева лучезарно улыбнулась:
— Вот и я говорю, идея так себе.
Марк как-то иначе посмотрел на янтарный напиток рядом с собой, потом невозмутимо взял чашку и сделал глоток под почти зачарованным взглядом Евы.
— М-м, карамельный, — посмаковал он ощущения. — Не так уж плохо. Собирай вещи и поехали в Комитет.
Кажется, переспорить его невозможно по определению. И в этом тоже что-то было сексуальное. Ева отставила недопитый чай и, обогнув упрямца, ушла в комнату вытаскивать из шкафа дорожный чемодан. В сущности, это может быть даже приятно. Главное не увлекаться.
Сборы были в самом разгаре, когда в комнату вернулся Марк и занял компьютерное кресло. Чашка с чаем все еще была у него в руках. Ева тактический жест оценила. Хитро, хитро. Пожертвовал, так сказать, пешкой.
Мужчина задумчиво посмотрел на чемодан, заполненный стопками одежды.
— У тебя есть зимняя одежда, кроме пальто? Это сейчас твоя основная примета, думаю, ее тоже нужно сменить.
Ева замерла, задумавшись, укладывая плойку:
— Шуба есть. Но я до нее не доросла. Морально.
— Это как?
Она усмехнулась:
— Мама шубу подарила. Белая норка. Я в ней похожа на колумбийского наркобарона. Ну, или на сутенера. В общем, сразу произвожу впечатление успешного человека.
Заявление звучало интригующе. И более того, Ева говорила искренне, что интриговало еще больше. В светлых серо-зеленых глазах мелькнула тень интереса, и маг чуть подался вперед.
— Я бы на это взглянул.
— Сам напросился, — усмехнулась Ева, закрывая синий глянцевый чемодан, и отодвинула створку шкафа, за которой скрывались платья, костюмы и два объемных серых футляра.
Бросив один из них на кровать, Ева расстегнула молнию и достала на свет божий длинную роскошную норку белого цвета. Не удержалась, чтобы не провести ладонью по гладкому меху. Накинув ее на плечи, девушка покрутилась из стороны в сторону, демонстрируя масштаб катастрофы.
— Да, с этой шубой нас точно ФСКН повяжет. Что-то другое есть?
Ева категорично качнула головой:
— Нет. Пуховик торжественно отправился на помойку, как только я купила пальто.
— Значит, в Комитет поедешь в этом, Фифти Сент.
Ответом ему был шутливо-угрожающий взгляд, но облечь его в вербальную форму Ева не успела. Зазвонил телефон. На подоконнике.
Марк потянулся и отодвинул занавеску:
— У тебя есть домашний номер?
— Да, у меня и у мамы, — Ева по дороге к телефону скинула мех на диван. — Подозреваю, эта индустрия жива только благодаря нам двоим.
Она взяла трубку, перегнувшись через стол, и встала возле подоконника, отвечая на звонок.
— Ева! Наконец-то, — выдохнула в трубке Света и начала отчитывать. — Мобильник отключен, на работе говорят, ты на больничном.
— Разрядился, наверное.
— Ходила уже к психологу? — Успокоившись, подруга вспомнила о насущных проблемах.
Ева едва не рассмеялась. Какой тут психолог… Если рассказать ей все, посоветует уже сразу к психиатру идти…
— Нет. Я другого специалиста нашла.
Специалист бесшумно подошел сзади и приобнял, положив теплую ладонь на живот, скрытый свитером. Его губы щекочуще коснулись уха:
— Не стоит говорить обо мне всю правду.
То ли от тихого шероховатого шепота, то ли от откровенного прикосновения, тело снова накрыло расслабляющим волнением. И сердцу ведь не прикажешь, оно всегда выдает с головой. Гулкие удары в груди начали быстрее разгонять кровь по венам. Холодившее нутро предвкушение обращалось жаром и приливало к щекам.
— И не собираюсь, — едва слышно отозвалась она
— Какого еще специалиста? — Возмутилась Света. — Ева, тебе нужна профессиональная помощь…
— Многопрофильного, — заверила Ева и прикусила губу, чтобы сдержать смех. — Лечит наложением рук.
Марк усмехнулся ей в шею, пощекотал пальцами голый живот и отпустил, позволяя закончить разговор. Света продолжила скептически возмущаться наивности и недальновидности подруги. Марк же, провожаемый взглядом Евы, забрал с кровати чемодан и отнес в коридор.
Глава 3
Боишься ли ты темноты?
Иногда безопаснее идти в собственной темноте, чем в чужом свете. Энтони де Мелло.
Припарковавшись у здания Комитета, Марк вышел из машины и галантно отворил пассажирскую дверь, помогая Еве выйти из машины. В шубе это было немного затруднительно.
— А я думала, у вас тут какой-нибудь мрачный готический особняк, скрытый заклинаниями и завесами, — она ступила на тротуар и осмотрелась.
Оживленная улица Питера с грязным растоптанным снегом, снующими машинами, торопливыми прохожими совершенно не создавала впечатления чего-то магического и тем более — волшебного. Разве что развешанные новогодние украшения невнятно претендовали на сказку, но и те днем не горели. Все буднично, шумно и серо.
— Хочешь что-то спрятать — оставь это на виду, — глубокомысленно проронил маг, придержав на мгновение Еву, перед которой почти бегом пронесся прохожий, спешащий к притормозившей маршрутке и не видящий никого на пути.
— Спасибо.
— Смотрю, ты и шагу уже без меня не можешь ступить.
— Этот мир полон опасностей! Я не виновата.
— И как ты жила до встречи со мной?
— Ох, эта прекрасная, скучная жизнь… — с ностальгией протянула она, шагая к стеклянным дверям.
— Признайся, просто реже из дома выходила.
Маг пропустил девушку вперед, в светлый просторный холл, а затем повел ее к стойке проходной. За ней дурным предзнаменованием маячила знакомая до зубовного скрежета седая голова. Будто почуяв добычу, охранник отвлекся от телефона и хищно сощурился. Фирменная улыбка молодого темного только придала его настрою мрачности и решительности. На Еву он едва взглянул.
— Семен, выпиши временный пропуск для девушки, — Марк подошел к стойке и положил на гладкую серую поверхность Евин паспорт.