— Вот, если бы не читала кучу всяких фэнтезийных книжек, черта с два бы тебя поняла, — Ева вышла, расчесывая волосы, взяла с тумбочки резинку и завязала в хвост.
— Так восхвалим же массовую культуру…
— И что дальше с порталом?
— Обычно мы довольно легко ликвидируем их, но в этот раз закрыть его помогло только повторное воздействие некромантии на амулет, он разрушился, но на нем остались мои отпечатки и след магии. И этого уже оказалось достаточно, чтобы отстранить меня от работы.
— Ну, тебе повезло, что твои доброжелатели тебя не убили, — прикинула Ева, а потом повернулась, вспоминая про повязку на его руке.
На ее вопросительный взгляд маг ответил уклончивым движением головы:
— Утверждать не берусь, но вполне возможно, это был первоначальный план.
— И поэтому ты хочешь поехать в родовое поместье?
— Поместье — громко сказано. Просто старый пыльный дом с кучей воспоминаний. И я хочу в них порыться. Мы сейчас позавтракаем, заедем в Комитет за моей машиной и делами, которые мать из архива вытащила. И поедем. Вообще, там красиво. Думаю, тебе понравится, вокруг лес, рядом залив… Купаться, конечно, холодновато, но погулять можно.
— Дела из архива — это про тех магов, которые Пустотой занимались? — Ева забрала с тумбочки телефон, проверила звонки и смс. Удалила несколько сообщений от магазинов и операторов и направилась к Марку. Он кивнул. — Покажешь?
— Покажу. Поищем вместе. Заодно рассортируем бумаги отца, может, там тоже что-то осталось.
Поездка становилась все более заманчивой перспективой. Лес, залив… Да и когда еще представится шанс взглянуть на родовое гнездо темных магов?
До Комитета они добрались на такси. На парковке перегрузили вещи из такси в машину Чернорецкого. Оставив Еву в прогревающейся машине, Марк отправился на встречу с Камиллой, пообещав скоро вернуться.
Ева от скуки порылась в соцсетях, ответила на непрочитанные сообщения, просмотрела скучные однообразные новости в ленте. Потом позвонила маме, рассказала про незапланированный отдых на природе. Мама обрадовалась, сразу встала в охотничью стойку и начала расспрашивать, насколько это все серьезно, и когда Ева ее с Ним познакомит. Пришлось разочаровать и быстренько закончить разговор.
Оборвав звонок, Ева тяжело вздохнула. Сейчас мама позвонит с этой новостью старшей дочери, и расспросов будет в два раза больше. В салоне стало жарковато, Ева стянула шубу, бросила на заднее сидение и заново пристегнулась. Неожиданный стук в окно заставил вздрогнуть — кто-то побарабанил костяшками по стеклу. Девушка отпустила ремень и подняла голову.
Лучше бы не поднимала, честное слово. Улыбающееся лицо, нависшее над пассажирским стеклом, не хотелось больше видеть даже в страшных снах. Высокий, красивый голубоглазый блондин. Все такой же, как два года назад.
— Ева! Привет! А я думаю, ты-не ты? — Звук доносился глухо, но опускать стекло Ева не торопилась. — Ты что тут делаешь? Окно-то хоть открой.
Девушка нехотя нажала на стеклоподъемник, открывая щель не шире пары пальцев. Свести бы это общение на нет, да побыстрее. Ну, все же хорошо было, ну, откуда он опять вылез?
— Сижу.
— Подожди… — Олег выпрямился и окинул ауди взглядом. — Это разве машина не Марка Чернорецкого?
Как будто он это сразу не увидел! Ну что за детский сад!
— Его, — коротко и недружелюбно подтвердила Ева, не глядя на собеседника. Но потом все же повернулась. — Откуда ты вообще взялся?
Олег непринужденно пожал плечами, с любопытством разглядывая девушку в машине:
— Работаю здесь. А какие у тебя дела с Чернорецким?
— Тебя точно не касающиеся.
— Ев, да ты хоть знаешь, кто он?
— Знаю.
Она вздохнула поглубже, пытаясь успокоиться. Где нелегкая носит этого темного мага, будь он неладен? Непроизвольно она посмотрела на телефон, прикидывая, сколько прошло времени и не пора ли звонить.
Лицо Олега изменилось. Он, похоже, только сейчас начинал понимать, что она не шутит.
— Подожди… Я понимаю, что я вообще последний человек, который тебе может давать советы. Но…
— Но что? — заинтригованно поинтересовался Марк, вырастая из-за спины Олега.
Как он подошел не видели ни Олег, ни Ева, но на ее лице промелькнуло искреннее облегчение. Собеседник ограничился брезгливым пренебрежением.
— Но он редкостный подонок, — холодно закончил мысль блондин, прямо глядя на темного.
Марк фыркнул, обходя машину, и даже не потрудившись ответить на грубость. Центральный замок щелкнул, Марк сел в машину и положил назад пакет с документами.
А Ева саркастично улыбнулась. Впервые с момента случайной и тягостной встречи.
— Спасибо за совет, Олег. Но, благодаря тебе, я уже умею общаться с подонками.
Марк переключил передачу, и начал выезжать с места, не обращая внимания на так и оставшегося стоять парня.
— Даже не вступилась за мое честное имя! — Осуждающе поцокал языком Чернорецкий, пытаясь отвлечь ее. Девушка сидела мрачнее тучи.
— Было бы перед кем оправдываться…
— Тоже верно, — закурил Чернорецкий. — Так, что тебя с ним связывает? А то не успеешь отойти на десять минут, рядом обязательно какой-нибудь светлый маг крутиться начинает?
— Рябинин светлый маг? Впрочем, я уже ничему не удивляюсь…
Настроение было испорчено окончательно. Кажется, вот же, уже забылось и прошло, и опять во рту привкус тухлятины. Не мужчина, а осетрина второй свежести. Ева недовольно поморщилась.
— Он мой бывший… — Ева поколебалась, но все-таки выдавила из себя с неприязнью: — …жених.
Марк бросил на спутницу очень короткий, но преисполненный одновременно удивления, насмешки и сочувствия взгляд. Как оказалось, выразить словами это довольно легко.
— Как тебя угораздило?
— Любовь слепа, глуха, нема и, кажется, еще и не в своем уме, — пробормотала девушка. — Я просто была другим человеком.
— Я не осуждаю, — так невинно заверил маг, что Ева сначала разозлилась, а потом рассмеялась.
Действительно. Ни за выбор, ни за чувства, ни за то, что закончилось плохо. Все осталось в прошлом. Случайная встреча — просто ошибка, ужасное воспоминание. Произошла — и нет ее. Но ради справедливости, стоит просто ответить.
— Мы встречались два года. И он сам сделал предложение, я не настаивала. И сам же сбежал за неделю.
— Давно?
Не такого вопроса она ожидала.
— Два года.
Марк что-то явно прикинул в голове, с прищуром затягиваясь горьким дымом.
— Изменил?
— Черт его знает. Целый месяц перед свадьбой изо всех сил пытался со мной поссориться, и я терпела, мне не хотелось ругаться, а потом вдруг заявил, что нам пора снять розовые очки.
— Серьезно?
Почему-то сейчас, вспоминая это все, события уже не казались такими ужасными и трагическими. Это было смешно. Обидно, но смешно. Ева с другой стороны посмотрела на произошедшее и расхохоталась. Марк, как всегда, чувствуя ее эмоции, пропуская через себя, не удержался от улыбки.
— И что он делал?
Ева закатила глаза:
— Он повсюду опаздывал, срывал всякие встречи с организаторами и поставщиками, не мог подобрать костюм, разругался с фотографом, забраковал даже торт! Торт! Его любимой фразой весь месяц было: «Мы уходим отсюда!». За два месяца подготовки мы успели заказать только платье, потому что его я выбирала себе сама.
— И? — маг мимолетно повернулся к ней. Его и забавляло и огорчало рассказанное, хотя Ева уже откровенно потешалась, вспоминая феерическую помолвку.