Ева скользнула в кабинет и села под стол, прислушиваясь к звенящей тишине. Едва слышна была бормочущая ругань незнакомца, шуршал снег. Легкий стук по оконному стеклу в гостиной. Девушка сжалась в комок под письменным столом. Спроси ее сейчас — чего она так испугалась, она бы не ответила. Ужас завладел ею на грани инстинктов, неосознанный, но настолько сильный и живой, что превратил ее в комок нервов и ощущений. Она просто знала, что незнакомец принес с собой опасность. Его раздражение, готовность к схватке, чувствовалась сквозь стены. И вся надежда была, что эти стены, кроме эмоций и звуков, не пропустят ничего больше.
— Эй, есть кто-нибудь?! — раздался с улицы крик.
Голос показался смутно знакомым и звучал ближе. Снег зашуршал иначе, вдоль дома, мужчина начал обходить здание по кругу, и скоро мог оказаться возле окон кабинета.
Ева бесшумно и быстро выползла из своего укрытия и юркнула обратно в библиотеку, пока он не заметил ее в окна. Библиотека состояла сплошь из книжных полок, была темной без света, и там стояли два старых больших кресла, за которыми тоже можно спрятаться в углу. Затихарившись там, девушка рассеянно отметила, что дом будто бы тоже замер и затих. Дверь в кабинет осталась открытой, и Ева слышала, как незнакомец останавливается у окон, пытается заглянуть.
Она потянулась к карману джинс и вытащила телефон. Переведя звонок в беззвучный режим, набрала Чернорецкого. Он ответил сразу, в трубке слышался монотонный гул дороги. Значит, он уже на трассе.
— Марк, кто-то пытается проникнуть в дом, — тихо сообщила Ева.
— Я буду через десять минут, — голос заледенел, шорох усилился. — В дом невозможно попасть без приглашения, не бойся.
Связь прервалась, маг не стал терять времени на разговоры. И кто бы сейчас ни ходил вокруг дома, его стало даже жаль. Ева сжала в ладонях телефон и откинулась спиной на угол стен. За креслом пахло пылью и старой бумагой.
Марк не доехал, практически долетел, до старого дома. Еще издалека он узнал припаркованную в сугроб машину, и от ярости чуть не расплавил пальцами руль, сжав его слишком сильно. Подавив желание просто врезаться в бампер фольксвагена, Марк объехал его и затормозил. Машину слегка развернуло, заднее крыло влетело в подмерзлый сугроб, взметнув волну снега и кусков наста. На крышу и капот посыпались белые куски. Выскочив из ауди, Марк с силой захлопнул дверь и сбежал вниз к двору дома. Вдоль фасада неурочным гостем была пропахана целая колея в снегу.
— Какого хрена ты тут забыл, ублюдок?! — выплюнул некромант, подходя к дому.
Артем уже шел вдоль дома обратно, тяжело утопая в осыпавшемся снегу. Марк ни помогать, ни идти навстречу не собирался, дожидаясь бывшего напарника на чистом пятачке двора.
— Да вот, навестить решил, спросить, как дела, — опасно улыбнулся Снегирев, высоко перешагивая снег.
— Отлично у меня дела. Выметайся отсюда! Как ты вообще сюда попал?
Артем приближался, продолжая улыбаться, а глаза были сосредоточенные, холодные. На неприязнь темного мага он отвечал настороженностью. Марк явно помешал ему, Снегирев попытался бы проникнуть в дом, это точно. То, что у него не получилось бы — вопрос другой.
— Меня сюда Комитет отправил, — задушевно пояснил Снегирев. — В этом районе нечисть заметили, я лишь приехал проверить.
— В моем доме? — резко бросил некромант, не желая играть в эти игры. — Единственная нечисть здесь — ты!
— Ну что же ты так, Марк. Не рад меня видеть? Я всего лишь делаю свою работу, сам знаешь.
Выходя, наконец, из снежного плена, Артем разминал ладонь, на всякий случай готовясь выставить магический щит. Марк насмешливо и зло перевел взгляд на его руку, не сдвигаясь с места.
— Район осматривай. Делай свою работу, — издевательски разрешил Чернорецкий. — Только в дом мой не лезь!
— Ну, — тяжело выдохнул Артем, вставая перед ним. — Я ведь Ищейка, на страже Пустоты, и о тебе тоже забочусь. Давай вместе дом осмотрим, и я напишу в рапорте, что все спокойно, территория чиста.
— Убирайся вон, — раздельно ответил маг, в глазах проявилась магическая зелень.
Светлый чуть поднял руку, по перчатке скользнула зеленоватая искра.
— Не думаю, что тебя стоит усугублять свое положение, Марк, — улыбка стала более развязной и нервной.
— Не думаю, что не смогу уделать тебя без магии, Тем, — передразнил его тон Чернорецкий и резко подался вперед, четким хуком справа ломая нос бывшему напарнику.
Артем ощутимо покачнулся, но не упал, все-таки парнем он был тоже крепким. Не бокс, конечно, как у Марка, но тяжелая атлетика, как суровая необходимость. Алая кровь окропила белый чистый наст, Снегирев закрыл лицо ладонью в перчатке, прижимая к носу.
— Ублюдок! Чо ты там прячешь, урод? — Артем выпрямился и отошел на шаг. Второй раз давать фору некроманту он не собирался. — Где девчонка?
— Тебя не касается, — почти спокойно просветил Чернорецкий, разжимая ладонь. Полегчало-то как. Так давно хотелось вправить ему если не мозги, то хотя бы нос… — Убирайся.
— Ну же, Марк, — подначил Артем, фыркая носом и вытирая кровь, — чистосердечное облегчает совесть и судебный процесс. Я же сюда со всем Комитетом вернусь, твой проклятый дом по камню разнесут. Хуже будет. Что ты с девушкой сделал? Где она?
Чернорецкий изогнул бровь, окончательно успокоившись и сунув руки в карманы. Снегирев продолжал смотреть на него, как на жирную гадюку. Эмоции при этом испытывал такие же. Ровный фон, которым он прикрывался раньше слетел безвозвратно с ударом.
— Какое чистосердечное? Ты о чем?
— Да не виляй уже, Чернорецкий, мы же здесь вдвоем, никого нет, можно поговорить начистоту.
Марк тяжело вздохнул: чаепитие у Божены задало странный тон начавшейся неделе. Уже второй раз он чувствовал себя дураком, не понимающим вообще, что происходит.
— Что ж, давай начистоту. Зачем ты приехал?
— А сам не догадываешься?!
Марк прищурился:
— Да я пытаюсь. Но что-то не получается.
Артем посмотрел на него несколько долгих мгновений, оценивая обманчиво расслабленную позу. Но бежать или нападать некромант, кажется, не собирался. Светлый маг зачерпнул снега ладонью и растер перчатками, смывая кровь.
— Где Ева? — без обиняков серьезно спросил Снегирев. С таким выражением, будто от этого чья-то жизнь зависела.
Очередной замкнутый круг начинал надоедать и раздражать. Марк подавил желание призвать родовую защитную магию и досчитал до десяти.
— Или ты сейчас мне говоришь, зачем тебе Ева, или я просто вышвырну тебя отсюда так далеко, насколько защитной магии дома хватит.
Постановка вопроса Артема немного озадачила, но с мысли не сбила:
— Комитет уже в курсе твоих дел, Чернорецкий. И про Пустых, и про девушку в парке. Что ты сделал с Евой? Она еще жива?
Задавая вопросы, бывший напарник снова начал источать готовность к противостоянию, он непроизвольно сжал кулаки, по перчаткам засновали мельчайшие разряды магии. Светлый готов был или мгновенно призвать оружие или просто ударить магией, даже не взирая на защиту двора. Но с каждый новым вопросом брови Марка все удивленнее тянулись вверх. До него дошла вся комичность ситуации.
— Так, ты работаешь на Комитет? — понимающе и насмешливо спросил Чернорецкий.
Снегирев огрызнулся:
— Уже пять лет, тебе ли не знать!
— Мм… — задумчиво кивнул Марк. — И ты приехал сейчас меня с поличным брать? Ну, то есть, искать это поличное, пока я в городе?
— Именно так, — подтвердил парень, в руке материализовался табельный пистолет. Пока он не угрожал открыто, да и на предупредительный в воздух рассчитывать еще было можно. — Белову доложили, что видели тебя на парковке. Грех было терять время.
— Очень разумно, — похвалил некромант, вытаскивая из кармана пальто телефон. — И вот, знаешь, какая штука? Я ведь тоже на Комитет работал все это время, — он нажал на последний вызов, включив громкую связь, девушка ответила быстро и испуганно. — Ева, выйди, пожалуйста, в коридор дома и открой дверь, но не выходи за порог.