Максим Шторм, Дейлор Смит
Часовой: на страже Севера
Глава 1
Деревушка встретила нас угрюмым молчанием. Окружающее со всех сторон ощущение разлитой с воздухе, кипящей и готовой вот-вот выплеснуться угрозы, не отпускало. Стоял хмурый прохладный день. Едва проглядывающее сквозь тучи неприветливое солнце уже начало клониться к горизонту. Весь путь из Родового имения сюда занял не более пары часов верхами.
Мы спешились в самом центре поселения, возле крытого гонтой колодца. Нас уже встречали. Староста и несколько самых почтенных и уважаемых жителей. Перетоптавшись на ногах, я с любопытством осмотрелся. Деревушка… Хм, больше наминала небольшой, но самодостаточный, хорошо укрепленный пограничный форт. Впрочем, учитывая ареал расположения веси, в этом не было ничего удивительного.
Приземистые, плотно стоящие друг к дружке дома, надёжные черепичные крыши, полностью охватывающая деревню стена из толстых ошкуренных бревен, мощные ворота, четыре оборонительных башенки. Рядом с деревней убранные и готовые под весенний сев поля. Неподалёку темнеет чащоба густого смешанного леса. Вблизи протекает неширокая, но довольно глубокая полноводная река, с перекинутым в самом узком месте мостом, по которому мы и промчались совсем недавно.
Мы, это, собственно, я и мой маленький отряд, состоящий из дяди Игната и пары дюжих молодцев, которые в имении были у моего управляющего на подхвате. Захар и Митяй. Крепкие ребята, привычные ко всему и готовые с равной удалью взяться как за плотницкий рубанок, так и за боевой меч. Вот и сегодня, облачившись в дорожные платья, надев кольчуги и вооружившись, эти парни последовали за нами.
Мы выехали из замка перед обедом, на отдохнувших добрых конях, которые быстро донесли нас по проторенной дороге к единственной на всю округу деревушке, которая снабжала Родовое имение Бестужевых всеми необходимыми припасами. Единственная весь, столетним указом Императора оставшаяся принадлежать моему дому. А сейчас этой деревне понадобилась моя помощь. Помнится, я надеялся отлежаться за семь дней и пузо наесть, но, видимо, покой мне продолжает только сниться!
Староста, здоровый как медведь мужик, такой же лохматый, с тронутой сединой бородой, с нескрываемым любопытством стрельнул в меня умными глазками и, обращаясь к Игнату, прогудел:
— Ты вернулся раньше, чем мы могли и подумать, Игнат! Нешто из Цитадели так скоро обещали кого прислать на нашу просьбу?
— Почти угадал, Панас, — усмехаясь, буркнул мой наставник, привязывая лошадей к вбитой тут же, рядом с колодцем, коновязи. — Ты хлебало то попроще сделай, да зенки в кучу собери. А то они у тебя после вчерашнего пива до сих пор в стороны разбегаются. Прошу любить и жаловать. Хозяин вернулся. Алексей, сын погибшего Сашки, царствие ему небесное!
Староста оторопело уставился на меня. Столпившиеся за ним мужики и вовсе смотрели на меня, как на заморскую диковинку. Я скинул с коротко стриженной головы капюшон поддетой под кольчугу куртки. Панас непроизвольно ахнул:
— Язви меня в печень… Ну вылитый Александр!.. А вырос то как! Вернулся-таки из этой клятой Академии, не сгинул!
— Как видишь, жив и вполне себе здоров, как нагулявшийся бык, — усмехнулся в густую бороду Игнат.
— И с дороги довольно оголодавший, — тут же подхватил я, хлопая старосту по плечу. — Дядя Игнат говорил, что у вас тут на редкость вкусные пироги с квасом, а? Не соврал ли старый чертяка?
После контакта с моей ладонью, пребывающий в некоторой прострации староста потешно замычал, потирая плечо.
Митяй с Захаром остались рассёдлывать лошадей и разбирать снаряжение. Парочка местных вызвалась им помочь, остальные, поняв, что представление закончилось, разбрелись по своим делам. Мы же с Игнатом пошли за старостой, который, что-то доброжелательно бормоча, повел нас за собой.
— Ужо не побрезгуй, молодой хозяин, изволь в мой дом пройти. Счас крикну Марфу, быстро спроворит и пирогов и расстегаев. А квасок я и сам, того, уважаю…
— Особенно когда он пивом зовётся! — заржал Игнат, который знал Панаса, судя по всему, как облупленного.
Староста залился бурой краской, осуждающе поглядывая на управляющего и виновато вздыхая. Я же лишь понимающе усмехался.
Пока шли, с любопытством осматривался по сторонам. Как мне успел рассказать Игнат, в Кленовке, так называлась моя деревня, проживало полторы сотни человек. Что по местным меркам довольно много. Привычные к труду и обороне суровые северные люди, которых сложно было чем-то напугать или удивить. И каждый был занят своим делом, и мужчины и женщины. Лишь стайка юркой непоседливой детворы, примчавшись как по сигналу, с возбуждённым гомоном следовала за нами. Где-то неподалёку мычала корова, ей вторила важным хрюканьем свинья, квохтали куры. Сидящие на цепях почти возле каждого подворья здоровенные лохматые псы-волкодавы провожали нас ленивыми взглядами. Воздух был прохладен, наполнен запахами сена, железа, сыромятной кожи, навоза и увядающих листьев. Периодически раздавались удары молота по металлу, скрежет пилы, какие-то скрипы.