— Какой?
— Беда пришла в Стужу, — нехотя произнёс эти слова Корнедуб. — Так-то этот форт находится в неприметном и тихом местечке. Вокруг никого и ни хрена. Вдалеке от Ведьминых земель, осквернённой границы и близко не видать. На севере Пустоши, но оттуда ни разу на приходило ничего… Плохого. Единственное что…
Я понимающе предположил:
— Рядом образовалось свежее Пятно небывалой мощи. Гарнизон форта или проворонил его зарождение или не смог справиться с тем, что через него пришло.
Я сразу вспомнил о том случае, когда погиб отец. Кречет говорил, что если бы не героическое деяние Александра Бестужева, ещё не известно, чем бы тогда всё закончилось. Похоже, сержант подумал о том же.
— Да, может и такая оказия приключилась. Поэтому и идём таким составом. Постоянно держим связь с Лютоградом. На всякий случай Кречет приказал снарядить еще один корабль, готовый тут же оправиться вслед за нами. Такие вот пироги, Бестужев. А ты учись. Учись и запоминай. У нас тут в Корпусе Тринадцатой стражи мечты сбываются, сам уже знаешь!
И Корнедуб тихонько засмеялся в усы.
Дикие пустоши. Огромная, практически неизведанная территория, что постиралась за пределами северных границ Великорусской Империи. Ничейная земля, по слухам населённая исключительно дикими и редкими животными. Место, где не мог жить простой человек. Огромная площадь тундры и тайги, суровый край, не меняющийся на протяжении многих веков. В иную ночь над бесконечными пустошами вспыхивало потустороннее зеленоватое мерцание. Говорят, что это отголоски Катаклизма. Да и сами пустоши появились в те канувшие в дремучие пропасть веков времена, когда цивилизации прошлого старательно пытались стереть друг друга с лица истерзанной войной земли.
Сейчас эта огромная, кажущаяся бесконечной, местность, уходящая далеко на север и простирающаяся с востока на запад, вплоть до хребта Скалистых гор, жила своей обособленной, угрюмой и не привечавшей чужаков жизнью. Ранее бывало, что периодически то один, то другой Император, желая расширить площадь законных владений, засылал через северную границу исследовательскую экспедицию. Кто знал, чем богаты Пустоши… Ни одна не вернулась, чтобы рассказать об этом. Все, кто уходил на север, там и оставались. А потом… Потом произошло вторжение ведьминых тварей, первая война с нечистью и затянувшееся уже почти на сто лет состояние холодной, то и дело обостряющейся негласной войны-перемирия. Правящей династии стало уже не до хранившей свои тайны далёкой земли. Сошлись на том, что нет там ничего хорошего и нечего там делать.
Никакой непосредственной опасности Дикие пустоши для рубежей государства не представляли. Так что негоже будить лихо, пока спит тихо. Вот и выходило, что будучи самым северным форпостом Империи на этом отрезке границы, Стужа считалась местом для службы относительно тихим и скучным. До недавнего времени.
Форт представлял из себя довольно большую крепость, сложенную из тесанного камня, с не очень высоким, но невероятной толщины стенами. Этакий небольшой городок, населенный двумя сотнями жителей, четверть из которых была военным гарнизоном. Стужу кормили близ расположенный лес, зарыбленное озеро, да регулярные поставки продовольствия и фуража из Лютограда. Командовал гарнизоном капитан Всеволод Ярыга. Помимо обычных солдат, у него в подчинении состоял штатный чародей Кирьян и боевой расчет из пятерых Часовых. В целом Стужа представляла из себя довольно крепкий орешек и вдобавок неплохо укомплектованный для такого пустынного и тихого края.
Вот только в тихом омуте рано или поздно начинают заводиться черти.
Чем ближе мы приближались к цели, тем холоднее становилось. Здесь, в северных широтах, климат был еще жёстче и немилосердней. Тут практически не было плодородных земель, здесь не собирали урожай, тут почти круглый год царил холод, а с наступлением осени каждую ночь температура опускалась почти до нуля. А зимой ледяное дыхание с Диких Пустошей накрывало все, что располагалось к югу от границы. Через месяц, когда Лютоград только начнет ощущать отголоски надвигающейся зимы, здесь уже будут трещать морозы, дуть продирающие до костей свирепые ветра и идти снег. Я бы не хотел здесь жить. Пусть служба особо неприхотлива и скучна, но мне такая тягомотина, серая и бесконечная, как и всё тут вокруг, точно не пришлась бы по нраву.
Корнедуб рассказывал, что последний раз был здесь года два назад. И здорово задолжал местному командующему гарнизоном, проигравшись в пух и прах в кости. Поэтому, тяжело вздыхая, то и дело теребил спрятанный за пазухой мешочек с монетами. Да, рядовым Часовым не платили жалование, всем необходимым их снабжал Орден, но командному составу полагался оклад в зависимости от ранжира. Блин, почти как в обычной армии… Бюрократия и здесь пожинала свои плоды.