Когда-то, еще до нашествия ведьминых тварей в наш мир, самым крупным городом Северных земель считался Яроград. Теперь он находится на чужой территории, со всех сторон окружённый скверной, порушенный и разорённый. Яроград был своего рода крупнейшим торговым центром, очень богатым и зажиточным. Но столицей Севера всегда был Лютоград, с резиденцией Великого Герцога Бестужева. Сейчас эту резиденцию уже несколько поколений занимали назначенные Императором наместники из числа старейших дворянских семейств. На данный момент городом управлял барон Горь.
На краткий миг мне захотелось свернуть в сторону центральных кварталов и дойти до самого сердца города. Увидеть дворец наместника своими глазами. Представить, как некогда там заседали мои прадеды. Но я быстро подавил в себе это мимолётное желание. Какой смысл мне пялиться на ранее принадлежащий моей семье главный городской дворец и поминать былое? Воспоминания о прошлом мне ничем не помогут в настоящем. Эту часть истории уже не изменить и не воротить. Если я хочу восстановить честь рода и вернуть фамилии Бестужевых достоинство, смыть с нашей семьи грязное позорное пятно, тяжёлым проклятьем висевшим уже почти сотню лет, необходимо заниматься совсем другими вещами. Не стоять, разинув рот и вытирая ностальгические слезы по былым временам, которых я и не знал, а пытаться выгрызть себе место под солнцем здесь, в жестоком и суровом настоящем. Которое совсем не собиралось меня щадить.
Что ж, я тоже не собирался щадить тех, кто замыслил против меня недоброе. Я здорово изменился. И изменился за последнее время. Пусть его и прошло всего ничего, но нынче я практически ничем не напоминал себя прежнего, еще хотя бы той поры, когда улепётывал ночью от посланных за мною Ставрогиным наёмных убийц в Кромлехе. Сейчас… Хм, было бы по меньшей мере интересно побеседовать с ними по душам.
Мое желание пройтись по улицам Лютограда обуславливалось ещё и тем, что я хотел убедиться, что не сильно привлекаю внимания. И что не будет за мной слежки. Конечно, опытного шпиона неподготовленному человеку засечь практически невозможно. Но в последние недели мой нюх на жаренное обострился до предела. Чутье стало почти что волчьим. И конечно, мой родной символ, грифон, сам по себе был наилучшим радаром, способным уловить любую серьезную опасность.
Я медленно шел на восток, держась в стороне от проезжей части улиц, по которым без конца носились телеги, кареты, дилижансы и верховые всадники. Старался держаться в тени зданий, шагая по мощенным камнями тротуарам наравне с обычным городским людом. Над городом периодически проплывали тени от огромных дирижаблей, идущих в сторону Воздушной гавани или покидающих город. В воздухе висела шумная многоголосица из конского ржания и человеческих голосов. Я проходил мимо торговых лавок, жилых домов, придорожных магазинов, пекарен и мастерских. Кабаки, кузни, склады, конюшни… Город был словно огромный взбудораженный муравейник, пропахший ароматами кожи, железа, горящих дров, навоза, свежего хлеба и смолы. Я упрямо шел к цели.
Ближе к обеду, когда уже большая часть пути осталась за спиной, проголодался и решил заскочить в ближайшую харчевню перекусить. Войдя в приглянувшийся мне гостеприимно распахнутый дом, с прибитой над входом табличкой, гласившей, что здесь я найду вкусный обед и горячий чай, сел за один из пока ещё свободных столов у дальнего окна.
По моим подсчётам выходило, что до Рыбной улицы оставалось всего два квартала. И это уже начинало чувствоваться. Дома становились всё беднее и неказистей, появлялось больше питейных заведений и обычных ремесленных лавчонок. Ставни на домах выглядели все крепче, а замки на дверях больше. И на улицах стало встречаться гораздо меньше городских стражников, затянутых в бордовые мундиры, кольчуги и вооружённых мушкетами и короткими палашами.
Ко мне подскочил лично хозяин гостевого двора и осведомился, чего желает молодой господин. Молодой господин возжелал пожрать чего-нибудь капитально и промочить горло кружкой настоянного на травах горячего чая. Пусть на улице и светило солнце, а денек был для осени довольно теплым и безоблачным, в тени сразу чувствовалось, что зима уже где-то не за горами. Осень пролетит и не заметишь. А зима в этих краях обычно наступает гораздо раньше.
Хозяин пообещался угостить меня вкуснейшим обедом и испарился. Я же откинулся на спинку стула и прислушался к внутренним ощущениям. Грифон миролюбиво дремал. Словно по возвращении из Стужи отсыпался после всех своих героических деяний. Пока шел, никакой слежки вроде не заметил. Да и сомнительно, чтобы меня начали пасти прямо от ворот Цитадели. Наверняка мои недруги после очередного провалившегося покушения затаятся и будут выжидать более удобного момента. В надежде, что я где-то да расслаблюсь и вновь позволю к себе приблизиться на расстояние вытянутой руки. У меня же из головы не шел неудавшийся жуткий убийца с жёлтыми, словно змеиными глазами.