— Нечисть! Нечисть в деревне! — рассерженным медведем заревел Панас, пинками и толчками торопливо выстраивая мужиков в живой растянувшийся щит. Последние из жителей, уже не на что не обращая внимания, неслись мимо нас прочь. С ними наперегонки мчались спущенные с цепей и поскуливающие от страха собаки.
Я ожидал, что через прорыв потоком омерзительных тварей хлынут прибывшие к нам гости. Я непроизвольно принял боевую стойку, и направил меч острием в сторону обезобразившего деревенскую площадь холма. Но иномирные твари, если, конечно, это были они, действовали не спеша, словно долгий и изнурительный путь под землей занял у них много сил и времени и сюда они добрались вконец измотанными. Возможно, это и дало жителям Кленовки столь необходимую фору, а нам, немногочисленным защитникам, время занять наиболее выгодные позиции.
Освободив лошадей, к нам подбежали подручные Игната. В руках парней тускло поблескивали длинноствольные мушкеты, вытащенные из седельных сумок. Вот и артиллерия подоспела. Я быстро прикинул. Десяток клинков и три огнестрела. В руках трёх или четырёх деревенских мужиков заскрипели тугие луки. Тоже неплохо. Я обернулся. Последние убегающие жители уже просачивались через распахнутые ворота.
— Матерь Божья, что еще за уродцы? — брезгливо выдохнул Игнат. — Таких не видал ещё… А, Алексей, не знакомы ли тварюги настоящему Часовому?
Первая образина все ж таки выкарабкалась наружу и тяжело опустилась на четвереньки, напоминая нюхающую вокруг себя воздух собаку. Размером с человека, какого-то грязно-бурого цвета, безволосая, словно покрытая вонючей омерзительной слизью. Опираясь на длинные лапы, осторожно крутя во все стороны лысой головой. У существа была очень необычная морда. Во-первых, оно было слепо, а его нос длиной и формой напоминал рыло муравьеда. Морщинистый, испачканный в земле хобот суматошно сжимался, как меха гармошки, словно насос втягивая в себя воздух. Дёрганые движения головой, сокращения носа, поза охотничьего пса, натасканного на…
Да эта тварь действительно кем-то вроде нюхача! А еще я увидел, что на её короткой шее застёгнут железный обруч, от которого вниз, прямо в жерло вздувшегося холма уходит толстая, звенящая звеньями цепь. Ищейка, они пустили пред собой эту тварь, чтобы она указывала им путь! Следом, позвякивая цепью, из провала выбралась вторая мерзость, почти ничем не отличимая от первой. Разве только цветом она была немного темнее. Полузадушено рыча, она дёрнула носом-хоботом, цепляясь лапами за землю и натягивая цепь.
— Это всего лишь собаки, нюхачи, — резко сказал я. — Как только высунутся их хозяева, всем стрелять без промедления. Вдруг получится закупорить провал их телами.
Издавая какие-то невнятные звуки, почему-то напомнившие мне скомканную нечленораздельную человеческую речь, мерзкие слепые существа, резво бросились вниз по земляному склону, со звоном вытягивая за собой цепи. Заскрипели натянутые тетивы луков, взвелись колесцовые замки огнестрела. Мы все были готовы к появлению очередных гостей. Жители Кленовки уже покинули деревню. Могли и мы броситься за ними. И таким образом подставить ведьминым тварям наши спины. Нет, будем стоять здесь, до последнего. Я надеялся, что первая депеша уже находится в Цитадели и Кречет, не мешкая, отправит сюда снаряженное боевое судно с чародеем на борту.
Вслед за рвущимися с привязей покрытыми слизью четвероногими тварями из вздувшегося холма показались и остальные. Точнее, показался.
С трудом протискиваясь через образовавшийся провал, наружу стала вылазить исполинская омерзительная туша. Не знаю как остальные, но я, благодаря своему зрению Часового, отлично видел всё в подробных деталях.
Мне эта страхолюдина напомнила человечка фирмы «Мишлен», только отвратительного красно-коричневого цвета, чье жирное, колыхающееся тело усеивали мелкие жёсткие волоски-щетинки. В огромных пальцах-сардельках чудище сжимало концы двух цепей. Из оскаленной жуткой пасти, щерившейся игловидными зубами, обильным потоком бежала густая слюна. Чудовище рычало, пыжилось и, вытащив остатки своего жирного тела, неуклюже встало на короткие окорокоподобные ноги, едва не съезжая вниз по склону холма. Подняв толстенную руку, оно играючи остановило почти сбежавших вниз собак. Увидев нас, страхолюдина радостно захрюкала. Её поросячьи глазки озарились жадным голодным блеском.
— Валите эту херню, — выдохнул я. — Живо!
Вслед за освободившим проход отвратительным жировиком, висящим не меньше килограмм трёхсот и ростом метра под два с половиной, из дыры, как горошины из стручка начали выпрыгивать и остальные монстры. Были они не в пример шустрее и намного меньше, поэтому без труда выбирались под звездное небо и, издавая мяукающие звуки, сыпались с холма во все стороны.