И вот теперь, в одно мгновение они стали людьми. С именами и семьями. Со своими достоинствами и недостатками. Живыми людьми. Живыми - до встречи со мной!..
Ответить мне было нечем. Я молча сел на место, чтобы позволить капитану нам всё объяснить:
- В общем, мы теперь в одной лодке и враждовать у нас больше нет причин.
- Почему? - спросил за всех Дед.
- Ребята, как вы думаете, где мы находимся? - ответом ему была тишина.
- В молодости я успел поездить по миру, и был во многих широтах. Таких растений я не видел никогда!
Набравшийся наглости пленник, тоже отмалчиваться не стал:
- Я, кстати, тоже бывал во многих уголках нашей планеты. Служба у меня такая была - интересная. Полностью согласен с вашим капитаном - мы не дома!
Рыжий попытался было задать очевидный вопрос, но капитан не дал ему того сделать:
- Андрей, давай ещё раз. Что с тобой произошло, там - возле оружейной?
Все уставились на меня, словно это я их сюда перенёс. Пауза стала немного затягиваться. Мне ничего не оставалось, как ещё раз пересказать историю спасения капитана. Борис кивнул, когда я сказал, что он успел выстрелить из пистолета и даже добавил, что целился в голову Игоря Викторовича и промазать никак не мог.
Когда я закончил, слово взял капитан:
- Словом, что мы не дома, вы уже, наверное, поняли. Но мы с Борисом считаем, что э-эм... нас с вами забросило очень далеко.
- Как это? - всё-таки не выдержал Рыжий.
- Не знаю как, но твои фокусы с тем должны быть как-то связаны, - продолжил Кэп, обращаясь ко мне.
- И как же они связаны?
- Увы, я не знаю, но такое совпадение просто невозможно, тебе так не кажется?
- То есть, это я во всём виноват?! - резковато спросил я.
- Да остынь ты уже! Никто тебя ни в чём не винит. Я бы вообще в морге лежал, с дырою во лбу.
- А меня твои друзья, наверняка изрешетили бы! - поддержал капитана Борис. - А потом наши ребята всех вас бы поджарили - дело времени. Но, несмотря ни на что, мы все здесь: живые, здоровые и очень сильные.
- Думаете, я что-то знаю? Да я понятия не имею где мы! Или вы в курсе?
- Эх! - тяжело вздохнул капитан. - Нет, не в курсе. Но некоторые догадки имеются, их очень много и каждая звучит ещё бредовее предыдущей. - Продолжил Игорь Викторович, переглянувшись с Борисом.
- Возможно, нас с вами здесь нет, Руслан, помолчи, пожалуйста! - не выдержал капитан, осадив Рыжего на полуслове. - Это, конечно, маловероятно, но может быть это какой-то эксперимент, и мы с вами сейчас спим, обколотые наркотиками или ещё какой-нибудь дрянью... хотя я раз сто уже себя ущипнул и чувства все вполне настоящие, никак на сон непохоже, так что... Ещё может быть, мы попали в далёкое прошлое. Мало ли какие деревья тогда росли на земле. Или нас забросило в далёкое будущее, понятно, что ситуация примерно такая же. А возможно, мы попали в другой мир, никак не связанный с нашим.
- И как же нам вернуться домой? - наивно протянул Рыжий.
- Скорее всего, что никак. Неведомая сила перенесла нас сюда. С какой целью, где эта сила прячется, и что вообще происходит - мы не знаем. Похоже, что все ответы на наши вопросы скрыты за тем барьером, но снова попасть туда мы не сможем. Это, конечно, не значит, что мы не станем пытаться, но лично я думаю, что обратного пути для нас нет. Как-то сложно всё это выглядит.
На последнем слове капитан запнулся, и повисла напряжённая тишина. Переварить такие гипотезы было нелегко. Какой бы вариант не оказался верным - всё равно мы больше никогда не увидим родных и близких. И от таких мыслей в груди защемило, дышать стало сложно, а в глазах заблестели язычки тусклого пламени от костра.
Последние сомнения о нашей участи развеяла луна. А точнее сразу три луны, что осветили почерневший небосвод. Одна, огромная, с синеватым оттенком, и две маленькие, в жёлтых тонах. Да и созвездия на ясном небе были совсем чужими, совсем ни на что непохожими.
"Твою же мать! Три года я живу в компании этих людей! Это проклятие какое-то. Видно, расстаться нам не судьба и придётся терпеть эти физиономии ещё очень долго! Мы просыпаемся вместе, учимся, воюем, засыпаем... да что там - теперь и по другим мирам путешествуем тоже вместе!" - вдруг настигла меня шальная мысль, и я истерично захохотал.
Успокоить меня никто не пытался. У всех ребят головы были забиты своими печалями. Той ночью никто так и не уснул.