***
Колона всадников неспешно проезжала по улице. В былые времена их обязательно проводили бы большим праздником: люди выстроились бы живым коридором, кричали и славили героев, бросали бы под ноги скакунам охапки цветов, а шум, гам и праздничное веселье, точно хмельное вино, заполонили бы чашу Алланти до самых краёв.
Но времена нынче были другие. Армия наёмников убралась из города, но оставила после себя разруху и смерть. Большинство домов были разрушены до фундамента, груды мусора и обломков усеяли улицы, а трупы горожан вывозили седмицу. Керрия неспешно зализывала раны, что долго будут ещё кровоточить. Всюду слышались молоты и топоры. Мужчин не хватало, потому дома строили женщины: измученные, уставшие - но живые. Кроме них у детей никого не осталось.
Принцессе Лейме повезло больше - к ней не коснулись и пальцем! Её Высочество наблюдала за всадниками из окна маленькой комнаты, в которой её заперли больше лисана назад. Говорят, то был приличный гостиный двор, может даже лучший в Алланти, но разве можно его сравнить с покоями во дворце? Комнатка была скромной даже по меркам купцов. Серые деревянные стены нагоняли тоску. От твёрдой кровати, застеленной шкурой какого-то зверя, ломила спина, да и пахла та шкура ужасно. Доски на полах громко скрипели каждый раз, как принцесса подходила к окну или маленькому столу, для которого хозяева пожалели даже рваную скатерть. У кровати стоял деревянный сундук. Слава Кериту, хоть несколько платьев да одежды для верховой езды принцессе вернули, не то и вовсе была бы, что голой. Последний огарок свечи Лейма дожгла прошлой ночью. Ей тогда не спалось, а темнота знатную пленницу теперь немного пугала. За дверью деву без устали караулили двое наёмников, они же ей приносили еду.
Но Лейма не жаловалась. Роскошная жизнь её была в прошлом, теперь пришла пора привыкать к жизни другой. Принцесса, наследница керрийского престола, первая красавица королевства - теперь превратилась в безродную пленницу. С каждым новым днём Лейма жалела всё больше, что не успела тогда покончить с собой, но горевать о том было поздно. Род её пал, но в чертоги Керита дева не отправилась по собственной воле. В те края прийти можно лишь раз, и уж точно мертвецам не дано отомстить - достать врагов могут только живые.
В свои восемнадцать Лейма была слишком умна для девицы. За то её часто ругали брат и отец. Дело женщины прислуживать мужу, рожать детей, да знать своё место. Но Лейма жизни такой не желала. Конечно, противиться воле отца, воле своего короля - принцесса не смела. Она всегда знала, что замуж пойдёт по расчёту, но быть покорной и смирной женой Её Высочество не собиралась. И помочь ей в том мог острый разум, который Лейма точила годами. Она знала грамоты далёких земель, говорила на трёх языках, разбиралась в делах торговых и королевских, и, бывало, давала отцу советы вернее, чем все советники разом. Жаль, отец думал лишь о пирах да забавах, что и вылилось бунтом.
Лейма ясно видела силу врагов, точно знала, что конец её близок, но, когда в погреб ворвался Бернис, когда увлёк Её Высочество за собой - принцесса вдруг поверила в чудо.
Как жестоко она тогда обманулась!..
Закрывая глаза, Лейма часто видела последнюю битву в том зале, где пали последние верные люди, где пали надежда и вера, где рухнула сама жизнь. Стальной перезвон, ругань, яростный рык, смерть и боль, всюду кровь - Лейма тогда на мгновенье ослабла, едва не сломилась и только Бернис вернул её силу и стойкость. Образ одинокого воина, грозного, бесстрашного льва, окружённого стаей шакалов, без надежд на победу, без единого шанса на жизнь - до конца дней остался в памяти Леймы. Бернис тогда был жуть как хорош. Он двигался, словно демон из бездны, клинок его сверкал, точно керитов хлыст31, враги падали на пол, а непобедимый титан продолжал пляски со смертью.
Когда Берниса повалили, Лейма готова была отправиться к Кериту. Её руки крепко сжимали подарок от брата - кинжал с золотой рукояткой - остриё было приставлено к сердцу, должно было верно спасти Её Высочество от позора, но судьба распорядилась иначе.
Принцессу остановил окрик бунтаря, что стоял ближе всех:
- Ваше высочество!.. постойте!.. постойте!.. ох!.. успел, таки!.. - запыхался воин. Выглядел он немного старше самой принцессы: жиденькие усы и бородка, гладкая кожа - ещё парень, не муж. Он поднял руки к груди и медленно подходил к Лейме, осторожно ступая меж телами и красными лужами. - Прошу вас, Ваше Высочество, не торопитесь отправиться на Ту Сторону. Керит с радостью примет вас и чуть позже!