Превозмогая муки, я попробовал встать, но не смог даже пошевелиться. Попробовал снова – с тем же успехом. В голову тут же скользнули незваные страхи: «Меня что, парализовало? Да нет, кисти работают, да и на ногах пальцы шевелятся», — думал я, снова пытаясь подняться. Хорошо хоть мысли о слепоте развеялись по ветру. Перед лицом отчётливо белел узорами курсантский шеврон…
Стоп, а почему это он перед лицом?
И тут меня осенило: оказывается, на мне кто-то лежит, а может быть даже и не один. Отсюда и проблемы с подвижностью. «А вдруг это труп!», — пронзила мозг жуткая мысль, от которой волосы встали дыбом, а по телу пробежало стадо мурашек. В то же мгновение я стал выбираться. Напрягая мышцы до предела, я столкнул в сторону ношу, что пригвоздила меня к твёрдой кушетке и, наверное, перестарался!
Ребята, словно невесомые пёрышки подлетели на метр и с глухими воплями приземлились на пол. Один застонал, второй отрывисто всхрапнул и закашлял.
«Ну, хоть живые» — облегчил я совесть. «Были!..» — и снова тревога затмила разум, заставила сделать хоть что-то.
Через миг я уже стоял на ногах. Зря я так спешил: кровь тут же хлынула по занемевшей ноге, тысячи иголок прошли за ней следом. Я чудом смог устоять, едва не рухнул обратно. Голова чуть кружилась, мысли путались, а беспощадная жажда превратила горло в пустыню.
Осмотреться оказалось непросто. Тёмная сырая комната походила на подвал. Четыре мрачных стены напомнили картинку из ужастика, что мы с ребятами смотрели на прошлой неделе. Впереди нависала массивная железная дверь, что закрывалась снаружи. Единственным светлым пятном было маленькое окошко с непрозрачным толстым стеклом.
«Или не подвал? Где это мы оказались?» — снова пытался я размышлять, когда стены чуть успокоились и перестали вращаться. И тут я вспомнил нечто такое, что хотел бы забыть… такое, что не пожелаешь увидеть во сне!
Перед глазами снова был плац, я снова видел строй первокурсников, ещё живых и весёлых, ещё шагающих в такт по асфальту… ещё напевающих походные песни… а потом… потом я вспомнил… потом я снова увидел!..
О том лучше не думать! Лучше забыть! Лучше… выбираться отсюда скорее.
На полу лежали Кос и Калаш. Больше никого в комнатке не было. Беглый осмотр немного меня успокоил. Парни были живы и, похоже, здоровы. Я точно не понял, спят они, то ли сознание потеряли, но это не важно. Главное живы!
Первым я растолкал Коса. Следом проснулся Калаш:
— Меня что, с лестницы уронили? — прошептал он, щуря от боли глаза.
— Наверное, мы падали вместе, — поддержал его Кос.
— Как самочувствие? Живы, здоровы? — проговорил я, игнорируя неудобный вопрос.
— Голова сейчас треснет, — скривился Кос. — Да и тело ломит немного, а так ничего.
— Чем-то интересным нас приложило, — продолжил Калаш.
— Что последнее вы запомнили?
— Мы тебя принесли в коморку дежурного, на топчан уложили, а потом стало темно и… и всё! — за двоих ответил Калаш.
— А где мы? — огляделся по сторонам Кос. — Давно ты проснулся?
— Да нет, несколько минут назад, хотя?.. — Повёл я плечами. — Не знаю. Долго в себя приходил, тяжело было. А автомат мой вы куда подевали? — с надеждой протянул я, когда понял, что ребята сохранили оружие при себе.
— Да рядом с топчаном я пристроил, в углу.
Снова осмотрев комнату, я облегчённо вздохнул. Как и сказал Калаш, мой автомат стоял прислонённый к стене, рядом с кроватью. Значит, мы не в плену, выходит мы всё ещё в оружейке!
Дверь была не заперта. За ней оказался предбанник оружейного склада, где мы заняли оборону вначале сражения. Здесь на полу похрапывали остальные ребята. Привести их в чувства оказалось несложно, первым проснулся Медведь:
— Где это мы? — спросил он. В то же время Медведь пытался присесть, опираясь спиной о стену.
— В оружейной. Долго же мы спали, ночь, похоже, настала.
— Темно, как у негра в… в подвале, — продолжил Медведь в несвойственной для него манере. Было видно, что голова у него болит не меньше, чем у других. Медведь приложил ладони к вискам и прикрыл на мгновенье глаза:
— А с ребятами что?
— Спят, сейчас растолкаем, — ответил Калаш и принялся тормошить Краса. Через несколько минут проснулись все остальные.
— А где капитан? — недоумённо оглядел комнату Крас. — Он-то, наверное, точно знает, что стряслось?
И правда, все ребята были на месте, а вот Игорь Викторович куда-то запропастился.