- Медведин мне поверит, - твердо произнес Гоша и полез прятать фальшивку среди пыльных банок. – И знаете что? Будет просто отлично, когда после грандиозного фейерверка появятся преступники и потребуют дележа добычи. Их искреннее требование придаст достоверности моей легенде. Понятно, что за фальшивку никто бороться не станет, а тут – наплыв желающих. Да Медведин просто вцепится в мой меч и поспешит удрать с ним как можно дальше, пока не догнали и не отобрали! Это превосходный сценарий!
- Может, все-таки без них? – робко подала голос Алена. – Без убийц?
- Нет, пусть приходят, - Гоша выпрямился, покрыл сверху лавку-сундук грязной рогожкой и утер со лба выступивший от волнения пот, все же он здорово нервничал. – Скажу Охлябину подготовиться к встрече. У сенатора есть служба безопасности, у директора турбазы тоже имеется охрана. Все вместе мы легко отразим любое нападение.
- Замечательно, - ядовито сказал я, - но что мы будем делать, если охрана окажется не на высоте, и убийцы всех положат? Гоша, надо подключать полицию! Если не ОМОН, то хотя бы Снегова позвать. Снегов же свой, уговори Охлябина поддержать его кандидатуру!
- Снегов меч отберет, - засомневался Гоша, - как вещдок или культурную ценность для музея. Экспертизу потребует. Он же прямой как столб и хитрить не умеет. Да и Медведин будет недоволен, он против публичности.
- Скажи, что все ради его безопасности, - посоветовал я. – Телохранители – это хорошо, но они прежде всего клиента будут защищать. А нам нужен кто-то официальный, с полномочиями, кто придет за убийцами с наручниками и санкцией, а после подтвердит, что вся твоя операция по добыче «Агрикова меча» - это не черная археология, а мудрая задумка для поимки негодяев. Рисковать – так со смыслом.
- Присутствие настоящей полиции придаст весу артефакту, - подкинула Вера еще одну здравую мысль, приходя мне на помощь. – Снегову можно сказать, что меч фальшивый, а сенатору – что мы нарочно назвали меч фальшивым. Как известный пройдоха ты сообразишь, какую речь толкнуть. Учти, Гоша, без Снегова я участвовать не буду! Это мое условие.
Вере было наплевать и на сенатора, и на успех этого шоу, ей просто хотелось спасти брата и поймать настоящих убийц. Только эта надежда заставляла ее включиться в разработку. Я легонько обнял ее за плечи и сказал, усиливая эффект от ее слов:
- Это и мое условие тоже! Твоя затея дважды опасная, из-за сенатора и его конкурентов мы окажемся между молотом и наковальней. Поэтому без полиции мы отказываемся тебя страховать. Не согласишься с нами – проиграешь.
Гоша немного покочевряжился, но пошел на уступку. Едва он произнес свое «да», мы с Верой, не откладывая, отправились в полицейский участок, надеясь застать Снегова на рабочем месте.
- Эй, помощники! – крикнул Гоша нам вслед. – Долейте в бак бензина! Я уже достался бегать туда по семь раз в сутки…
Выходя из калитки, я вздрогнул: в конце улицы у забора Агафьи Юрьевны, бывшей учительницы, стояли две женщины. На них были темные длинные платья, и на секунду мне помстилось, что я вижу два менгира, чудесным образом перенесшихся на поселковую улицу.
Я моргнул – морок развеялся.
- Что случилось? – Вера тронула меня за плечо.
Забелина смотрела вдоль дороги, не понимая, что вогнало меня с кратковременный ступор. А я качнул головой, удивляясь, что на меня нашло. Сейчас было очевидно, что это просто две местные жительницы пришли поболтать с Юрьевной через забор.
- Показалось. Идем.
- Постой, - Вера взяла меня под руку, и я застыл, переживая шквал эмоций, накативший от ее прикосновения. - Ты отлично держался!
- Спасибо.
- Я понимаю, что если бы не ты, Гоша ради Миши и пальцем бы не пошевелил. Чем лучше я тебя узнаю, тем сильнее уважаю.
- Уважаешь – и только? – подколол я, не рассчитывая, впрочем, на что-то большее.
Однако Вера лукаво улыбнулась:
- Не только. Я испытываю к тебе и другие чувства.
- Зачем ты меня провоцируешь? Я же не железный. Начну приставать.
- Ну, начинай, - поощрила она то ли в шутку, то ли всерьез.
Я обнял ее, привлекая к себе. Вера не мешала мне, но и не помогала, просто все так же улыбалась и ждала, что будет дальше. Это меня немного напрягло, и я уточнил:
- Ты просила не торопиться, и я честно держал себя в руках. Концепция изменилась?
- Время идет, Саша, мир меняется…
Я поцеловал ее, гоня из головы недоумения от женских заромочек. Смеется она или и вправду хочет пойти на сближение – проверить можно было только в действии.
Вера ответила на поцелуй – значит, я не ошибся.
От ее горячих сухих губ меня вновь прошило электрическим током, словно я был тем самым менгиром с железным штырем внутри. Сердце едва не остановилось, и чтобы реанимировать его, я вцепился в ее плечи, как утопающий за соломинку, и повторил процедуру. Разряд! Ох, как же хорошо чувствовать себя живым!