Мои танцы с камерой разбудили Жужу. Потянувшись и широко зевнув, она неожиданно проворно соскочила на пол и принялась тыкаться любопытным носом во все подряд. Обнюхав меня, штатив, ножки обеденного стола, кошка запрыгнула на столешницу. Возможно, ей пришло в голову тоже немножко попозировать.
- Э, нет, дорогая, - я снял ее на пол, - на обеденном столе ногами не топчут!
Жужа возмущенно мяукнула и предприняла вторую попытку. Я терпеливо указал на ее место, долил в суповую тарелку чистой воды и неожиданно глубоко задумался, а что вообще едят кошки? Ну, кроме мышек, которых у меня все равно нет. Поколебавшись, отрезал ей маленький кусочек ромштекса, но привереда отвернулась от него, как от чего-то непристойного. Ну, и не надо, подумаешь! Самому мало.
«Надо будет почитать про кошачью еду», - постановил я и принялся за ужин, пока тот не остыл. Жужа с гордым видом удалилась в комнату – изучать свой новый дом. Насладившись заслуженной палитрой вкусов, я полез в интернет в поисках кошачьей поваренной книги. Оказалось, что все не так скверно, не «Вискасом» единым. Кошки – плотоядные животные, но им полезно и кашу геркулесовую изредка есть.
Помешивая на медленном огне овсянку, я пришел к выводу, что заботиться о ком-то в доме очень приятно.
- Завтра запишу тебя к ветеринару, - сообщил я Жуже, прикидывая, сколько всего мне предстоит еще купить в зоомагазине, помимо мисок (не век же ей из фарфора питаться) и нормального лотка, который пока заменял старый противень с песком из детской песочницы.
Подобрев после геркулеса с потрошками, моя новая подружка долго терлась о ноги, громко жужжала, урчала и вздыхала внутренними мехами, производя звуки, по громкости напоминающие проезд танковой колонны в отдалении. Потом мы лежали на диване и смотрели художественный фильм. Я чесал ее за ушком, она блаженно щурилась на экран. Сплошная милота!
Ах, если бы я знал, насколько беспокойная ночь ждет меня впереди!
Выспавшись за вечер, Жужа, стоило выключить свет, принялась носиться по квартире как оглашенная. Грохотала кастрюлями на кухне (словно она слон в посудной лавке, а не изящная кошечка). Прыгала с разбега мне на постель, пугая и заставляя чертыхаться. Качалась на шторах, скребя атласную ткань когтями, и даже играла в футбол мелким камешком, который ловкой лапой выкопала из лотка. Камешек летал из угла в угол и громко впечатывался в коридорные стены, а я прятал голову под подушкой и матерился.
В общем, Жужа вела себя так, будто не я, а она наелась вчера баклажанов, причем перезревших, и, словно несчастный древний грек, впала в безумие.
Как вы догадались, утром я был невыспавшийся и немножко злой. Обычно я встаю в восемь, соблюдаю режим, даже если не хожу на работу. Но тут не смог себя заставить. Походил по квартире немного и рухнул обратно в кровать досыпать.
Жужа, устав беситься, составила мне компанию, улеглась рядом, блаженно урча. Под ее неожиданные колыбельные и я отрубился. И продрых до полудня.
Когда же мы собрались к упомянутому ветеринару, обнаружилось, что неугомонная кошка успела добраться еще и до моих любимых зеленых шнурков. Я не смог их завязать – изгрызенные, они просто лопнули у меня в руках.
Нет, все-таки женщины созданы для того, чтобы вносить в размеренную мужскую жизнь нотки хаоса. Коварные существа!
Но Жуже я отчего-то мог простить все что угодно. И даже авансом.
Глава 3
3.
Судьба, как ракета, летит по параболе
Обычно — во мраке и реже — по радуге.
Андрей Вознесенский
Мы жили с Жужей не тужили, привыкая друг к другу, пока не позвонил Гоша, Аленкин муж-«трансвестит». Я очень удивился его звонку, потому что обычно он мне не звонит. Звонит сестра, а ее писатель вечно в трудах праведных и далек от всего земного.
- Тут это… - промямлил Гоша, - приезжай, короче.
- Нормально! – возмутился я. – Кто так приглашает? Разве что ты не хочешь, чтобы к тебе приехали.
- Ленка пропала.
Я не нашелся, что ответить. В голове не укладывалось: это шутки у него такие?
- Это шутка? – озвучил я единственную мысль. – Как она могла пропасть? Когда? Где пропала?
- Не знаю… вроде бы в магазин поехала или за водой, - невнятно бормотал писака. - Она не ночевала.
- Ну, ты и придурок! – вскипел я. – В милицию звонил?
- В какую милицию?