После ужина я поболтал с дежурной медсестрой по имени Юля, оказавшейся не слишком сообразительной юной девчонкой, ее не до конца посвятили в то, что тут происходит. Юля была уверена, что я – дальний родственник хозяина и сам большая шишка, поскольку въехал раньше официального заезда, назначенного на следующий вторник. Девушка отвечала на мои завуалированные вопросы о распорядке и внутреннем видеонаблюдении охотно, но знала мало. Однако я успел убедиться, что санаторий – не психбольница и не тюрьма, и обычно тут никто не удерживает постояльцев. Забор и КПП больше для порядку и отвода глаз. На всю огромную территорию на ночь остается всего один охранник, который кемарит перед экраном переносного телевизора в своей будке и на обход выходит редко. А собак они не держат.
Удовлетворив любопытство, я оставил медсестру копаться дальше в игровом разделе телефона и удалился в палату, не вызвав ни малейших подозрений.
Алена позвонила, когда снаружи уже ползли глубокие фиолетовые тени.
- Мы стоим с западной стороны участка, это метров триста от главного корпуса, - сообщила она мне, - тут есть ворота, ведущие к мусорным бакам. Ты как – готов прогуляться?
- Еще как готов! Ты раздобыла ключ от ворот?
- Без ключа справимся, - загадочно обронила Аленка. – Короче, дуй от главного корпуса направо. Минуешь павильончик, не знаю, что в нем, за ним неработающий фонтан – там повернешь еще раз направо и увидишь за деревьями кованые ворота. Мы тебя ждем.
Я приступил к осуществлению плана. Со скучающим видом прошел мимо медсестры, сообщив, что хочу размять ноги перед сном ходьбой по лестнице. Та милостиво позволила, но просила не шуметь, не привлекать охрану, а то ей попадет. Я обещал, что буду тише воды и ниже травы. Спустившись на первый этаж, я прокрался к давно примеченному окошку и, благо никаких решеток, противоречивших пожарной безопасности, в санатории не имелось, спокойно вылез на улицу. Через три минуты я был уже у мусорных баков.
Ворота были заперты на огромный висячий замок. Я готовился попробовать себя в акробатике, но этого не понадобилось. Прутья на одной из створок были раздвинуты неведомой силой так, что получилась неплохая дыра.
- Пролезешь? – громким шепотом окликнула меня сестра, пританцовывающая по ту сторону. – Поторопись, пока нас не засекли!
Я стал протискиваться, надеясь, что не застряну. Выбравшись на волю, я наконец-то рассмотрел команду моих спасателей.
Алена привезла с собой Забелиных. Верней, это они ее привезли. Вера и Миша, видимо, успели вернуться из Рязани и решили не бросать меня в беде. Видеть любимую девушку мне было очень радостно, но она, не дав мне и слова сказать, велела нам с сестрой устраиваться на заднем сидении незнакомого внедорожника. И то верно – с объятиями можно и повременить.
Михаил захлопнул багажник, куда убирал причудливого вида инструмент, которым уродовал ворота (кажется, это был домкрат), и уселся спереди. Вера дала по газам.
Аленка прижалась ко мне, обняв за руку, и от волнения нервно хихикнула:
- Веселенькая у тебя пижамка!
- Узники не выбирают, - ответил я с достоинством. – Спасибо вам всем, мои дорогие! Вы меня очень выручили.
- Не за что пока, - откликнулась Вера. – Еще никуда не добрались.
- А куда едем?
- Мы решили переждать, пока все не утрясется, в Рязани, - поспешно пояснила Алена, - тетка Наташа дала ключи от квартиры Аллы. Сама Алла сейчас в поселке, ну, ты понимаешь, а квартира как раз пустует.
Я догадался, что она намекает на важную обрядовую роль Аллы-Хранительницы, и поскольку в глубине души опасался попасть с этой сказкой впросак, развивать тему не стал. Сказал громко:
- Миша, мы так и не познакомились толком, но надеюсь, ты не в обиде на меня из-за кошки. Мы все очень рады, что тебя отпустили и справедливость восторжествовала.
Миша вел себя сдержанно, но я его понимал. Особых поводов любить меня у него не было, но Алена успела наладить с ним контакт и узнала много интересного, чем торопилась со мной поделиться.
- У Миши с Охлябиным свои счеты, - заявила она. – Это из-за него он, можно сказать, в камере три дня просидел.
- Это почему? – удивился я.
- Он случайно видел его во Мшарино, когда Охлябин встречался с двумя подозрительными типами. После этого думал, живым не уйдет.
- Я в урочище лошадок навещал, - заговорил Миша, не желая слушать про себя в третьем лице, - а они там секретничать вздумали. Я подслушал кое-что. Сначала нечаянно, а потом не смог удержаться и подобрался поближе, потому что они про меч говорили и Артанию. Но пока стоял под окном, меня охрана Охлябинская засекла. Если бы я следователю начал объяснять, как все было на самом деле, мне бы не поздоровилось. Охлябин меня и в изоляторе бы достал. Я и помалкивал. Ждал, когда само рассосется.