- Какая умница! – восхищалась она. – Как ты ее приучил к этому, ведь твоя квартира на втором этаже? Ты что, выпускаешь ее одну гулять в городе?
Я Жужу не выпускал, а она и не хотела – гуляла на балконе, сидя на перилах и глядя во двор. У балкона росла слива, и ее ветки, достаточно толстые, простирались совсем близко, так что при желании она могла спуститься по ним и отправиться куда угодно – с ее-то безбрежной активностью! Я, собственно, и ждал этого, но Жужа нагулялась по подворотням на всю оставшуюся жизнь и предпочла ограниченный уют квартиры сомнительным уличным удовольствиям. Может, конечно, она боялась, что если уйдёт, обратно я ее не впущу, но мне хотелось думать, что Жужа мне доверяет.
Тем удивительней казалось ее нахальство в доме сестры. Моментально вычислив здешнюю хозяйку, Жужа деловито помела хвостом по ее ногам, после чего побежала к входным дверям, требовательно мяукая и оглядываясь.
- Я за ней, - сообщил я спустя десять минут, волнуясь и жалея, что сразу не взял с собой лоток. Привыкнув к вольнице, Жужа могла и расхотеть им пользоваться (а я столько усилий потратил, чтобы объяснить ей его преимущества).
- Да ладно, ворота и калитка заперты, Гоша за этим очень тщательно следит, так что никуда она с участка не денется, - с уверенностью, которую я не разделял, сказала сестра. – Есть захочет и придет.
- А вдруг она найдет способ проскользнуть в какую-то щель и отправится в Москву? Я читал, что кошки привязываются к дому, а не к хозяину.
- И сколько она у тебя живет? Раз я прежде про нее не слышала, то вряд ли больше двух недель.
Я признал, что так и есть. И что за две недели привязаться к дому до такой степени, чтобы сбить лапы, возвращаясь, невозможно. И все же позволить ей долго шляться по незнакомой территории я не мог, мало ли: собаки, машины, мальчишки. Углядев ее на дорожке деловито обнюхивающую цветочный кустик, я схватил ее на руки и отнес наверх, в комнату. Туда же перетащил и миски с едой, а Аленку попросил кошку не выпускать. Сестра дала слово, что Жужа меня дождется в целости, и снабдила подробной инструкцией, как пройти по улицам Черного Яра до мастерской Забелиных.
Я слушал ее и думал, что раньше это я заботился о ней, утешал, когда ревела из-за неподходящих кавалеров, помогал вести дом, когда мы остались жить одни, а теперь она выглядит повзрослевшей и такой хозяйственной. Все мы меняемся со временем, и хотелось верить, что Аленка наконец-то взялась за ум, а недавнее «сидение в яме» - случайность и больше не повторится.
Я схватил ключи от своей «немки» и отправился к Забелиным. И очень удивился. Главная улица поселка напомнила мне Тверскую в будний день, разве что пробок из машин не было, зато пробок из людей – хоть отбавляй. Сложилось впечатление, что все жители высыпали из домов и слонялись вдоль заборов в ожидании меня – гвоздя программы. Я шел и без конца отвечал на приветствия, на вопросы о самочувствии Алены, жал руки (без перчаток!) и улыбался старушкам, глядевшим из-за штакетника. Я даже растерялся, никогда еще не был столь популярен.
- А что, милок, ты к нам надолго али так, проветриться?.. А верно ли, что в столице ты поваром работал и к нам подался, потому что с едой в Москве перебои?.. А мне внук говорил, что по телевизору все врут, и раз нам говорят, что все в порядке, значит, все наоборот, иначе чего все из столицы сюда бегут?.. Смотри, Ильинична, до чего народ довели, он и здесь, на чистом молодильном воздухе намордник носит! Вот, бедный, натерпелся-то! – последнее относилось к одноразовой маске, которой я честно загородил нос, чтобы уберечь бабулек от моей микрофлоры.
Пестрый рой из крепких старушенций, нашедших для себя новое занятие – перемывать косточки приезжему из столицы, гудел, не переставая. Но я вздрогнул от неожиданности, когда их хор неожиданно разбавил чуть хрипатый мужской баритон:
- Александр! Позвольте вас на два слова!
Я остановился. Солидный господин лет сорока, в костюме и при галстуке, вышедший так не вовремя (или вовремя, нарочно подгадывал?) из распахнутой калитки, спешил ко мне по пыльной дороге, на ходу протягивая руку.
- О, администрация пожаловала! – засуетились бабки и слегка отступили.
- Как ваша сестра? Как вам наш поселок? – первые вопросы от «администрации» не отличались оригинальностью, но на середине разговора собеседник вдруг решил продемонстрировать новизну и представиться: - Ипатов Андрей Андреевич, заместитель главы поселения. Несу ответственность за основные отчеты, благоустройство, дороги, молодежную политику, культуру и спорт. Смотрю, вы меня не помните.