- А должен? – удивился я. – Простите, я не совсем понимаю, где бы мог вас в Москве видеть…
- Да тю – в Москве! Я был вчера у Георгия Степановича, когда вы приехали. Нашли кошку?
- А! Да, нашел, спасибо, - я решил, что интервью с меня довольно, и демонстративно взглянул на часы.
Замглавы меня понял правильно:
- Конечно, вы спешите. Давайте встретимся и поговорим о делах после обеда в нашей конторе. Подходит?
- О каких делах?
- Я приглашаю вас на праздник нашего поселка. День «Агрикова меча». В это воскресенье.
- Так запрещены же праздники, коронавирус.
- Неужели вы в него верите?
- Это не вопрос веры, это наша реальность.
- И все же приходите, - категорично перебил Ипатов. – Третий этап отмены ограничений у нас прошел, а с 20-го числа на нашу турбазу уже полноценный заезд состоится, все согласовано. Нужна ваша помощь.
- Помощь?
- Да, надо обсудить. Приходите в контору! – и Ипатов запылил от меня по улице, оставив в полном недоумении.
Время поджимало, меня ждала Вера, и я, покачав головой, продолжил путь.
- Андрей-то Андреич ничего, нормальный руководитель, старается, - раздался за спиной голос одной из бабок. - А вот его дед гнилой был! Женили его на нелюбимой, он с ней ребятенка прижил и сбежал.
Я оглянулся на эскорт. Бабки пестрой гурьбой по-прежнему тащились за мной следом, как фрейлины за королевой, и болтали между собой, но столь громко, что их было слышно в противоположном конце улицы.
- Все не так было! – вмешалась подруга «первой фрейлины». – Его на фронт послали, а с фронта он не вернулся. Уехал в Ялту с любовницей, с которой на фронте познакомился. Потом приезжал, старый и больной – каялся. А Андрейкин батя, его сын, не принял и не простил.
- Ну да, ну да, а Андрейка Ипатов хороший, все копейки в дом тянет, о поселке заботится, - закивала третья, хитро поглядывая на меня – слушаю или нет. – Праздники организует. «Агриков меч» - это его инициатива.
Если она ждала, что я начну задавать вопросы, то промахнулась. Я все еще хотел получить свою машину – исправной и на ходу. Потому удвоил скорость.
На заборе Забелиных весел большой плакат: «Шиномонтаж, стартеры, генераторы и мелкий ремонт» – мимо не пройдешь. На часах было три минуты десятого, когда я влетел, запыхавшийся под маской, на их широкий двор.
- Мне нравится, что вы пунктуальны, - это было первое, что я услышал от Веры. – Или вам плохо спалось на новом месте?
Я ответил, что сплю хорошо и во всем люблю порядок.
- Значит, у вас спокойная совесть. Подождите секунду, я руки помою, - сказала она, выпрямляясь.
Вера в этот светлое погожее утро была одета по-рабочему и, поджидая меня, копалась в моторе чьей-то «Лады». Мешковатый комбинезон скрывал ее точеную фигуру, и я, признаться, был разочарован. Защитной маски на ней не имелось, как и на любом жителе Черного Яра, поэтому я, поколебавшись, свою тоже стянул. Все равно она пришла в негодность, промокла от дыхания, да и ВОЗ недавно снова пересмотрела свои рекомендации по вопросу экипировки здоровых людей на улице.
Завернув использованную маску в салфетку, я убрал ее в пакет, а пакет – в карман джинсов и огляделся по сторонам. Двор Забелиных был широк, но захламлен всякой всячиной. В углу под навесом стояла «Газель» с кузовом-тентом, рядом какой-то полуразобранный джип, а у забора – машина-эвакуатор, украшенная красным краном-крюком. Я предположил, что на ней мы и поедем.
- Миш, я уехала! – крикнула Вера, снова появляясь. – Хозяйство на тебе!
- Понял! – откликнулся откуда-то из глубин низкий голос.
- Мы с братом двойняшки, - пояснила девушка, взмахом руки приглашая меня в кабину эвакуатора. – Родились и выросли в Черном Яру. Как понимаю, Гоша вам про нас не рассказал?
- Он мне вообще ни о чем не рассказывает, - зачем-то пожаловался я, словно горел желанием слушать россказни «трансвестита», - а его книжек я не читаю, так что прошу прощения, о вас я не знаю ровным счетом ничего.
- Гоша очень увлеченный человек, и вы зря не интересуетесь его творчеством, иногда это стоит делать хотя бы ради вашей сестры. Кстати, наша с Мишкой мама приходилась Гошиному отцу двоюродной сестрой. В ту аварию они вместе попали.
- Какую аварию? – удивился я и тотчас смутился: - Извините, если вопрос бестактный.
- На трассе Рязань – Солотча, - спокойным тоном ответила Вера, не реагируя на поспешные извинения. – Дядя Коля был за рулем. Он разбился, а наша мама с тех пор парализована. Мы с Мишей за ней ухаживаем, и работать на дому нам очень удобно. Кто-то из нас обязательно на хозяйстве остается, если другой уходит.