Аленка была старше меня на пять лет, но имела неуемно-авантюрный характер и постоянно ввязывалась в сомнительные проделки. Именно я о ней заботился, пока она не втюрилась в своего писателя и не съехала к нему в Люблино. Наши родители были в разводе, каждый из них завел собственную новую семью, а мы с Аленкой, хоть и выросли к тому времени, все равно чувствовали себя по-сиротски брошенными. Это сблизило нас еще больше. Детские обиды из-за поломанных кукол и тумаков «ни за что» были благополучно забыты, и мы жили душа в душу, пока Гоша ее у меня не украл (сестру украл, а не душу).
Алена надеялась, что я с горя и одиночества быстренько женюсь, но я не оправдал надежд – разругался со своей подружкой, а новую не завел. Все время был занят: то готовился к гастрономическому конкурсу, то проходил стажировку в престижном Мишленовском ресторане в Лионе, то нарабатывал авторитет в Москве у Качатрянов. А еще я был ленив и отдыхать предпочитал за книжкой или у экрана компьютера, а при таком подходе постоянной девушкой не больно-то обзаведешься. Была у меня, правда, история с одной официанткой, но опять же неудачная.
- Я подумаю, - уклончиво ответил я.
Алена обрадовалась, будто я пообещал. У меня даже закралось подозрение, что она подобрала мне в деревне невесту – иначе с чего бы принялась дальше сыпать вопросами о личной жизни и планах? Раньше она ограничивалась парой реплик на данную тему, а тут ее как прорвало. Испугавшись, что окажусь прав, я поспешил завершить разговор.
Закрыв ноутбук, я долго сидел, уставившись в одну точку. Конечно, прогулки по лесу, купание в озере и чай со смородиновым листом из старинного самовара на веранде имели свои плюсы. Да и нервы, потрепанные карантином, не мешало подлечить. Аленка утверждала, что у них не было ни одного ковидного случая, что меня, безусловно, радовало. Но вот деревенские дискотеки и скромный магазин с ограниченным набором полуфабрикатов меня отпугивали.
С другой стороны, может, я узнаю интересный рецепт варенья у какой-нибудь бабушки-старожилки, стану с ним печь булочки и открою осенью кафе-шантан с фирменной выпечкой? Это нуждалось в осмыслении. Действительно, чего мне киснуть в летней Москве? Да еще без работы.
Однако решения никогда не следует принимать с наскока. Я отправился на рынок, чтобы подумать (в дороге думается особенно хорошо) и закупиться интересненьким. После отмены пропусков кататься по городу стало сплошным удовольствием. Настроение требовало чего-то перченого, мексиканско-чилийского, но путешествие на метро в маске и перчатках – такая морока! Я чувствовал себя идиотом, запакованным по всем правилам, когда вокруг сплошные голые лица, но упрямо соблюдал порядок.
Люди, кажется, просто не понимают, что воздух в транспорте – наш самый недооцененный враг. ВОЗ пишет, что из-за некачественной смеси из бактерий, вирусов и загрязнений техногенного порядка в мире за год умирают четыре с половиной миллиона человек. Тут и риск ишемии, и обструктивной болезни легких, и аллергии, а ныне к обширному списку недугов приплюсовали и ковидную пневмонию. Конечно, маски и перчатки не способны нас защитить, но все-таки они снижают микробную нагрузку в толпе. Да-да, маски наносят гораздо больший ущерб, если носить их неправильно, а некоторым они и вовсе противопоказаны по состоянию здоровья, но я, к счастью, к последним не отношусь. Впрочем… Временами у меня, если честно, зарождалось подозрение, что я – паникер и ипохондрик. И зря уволился из ресторана. Работал бы себе в подполье и горя не знал. Но я гнал от себя недостойные мысли.
Тем не менее, пока я добирался в бесстрашной толпе до рынка, настроение у меня совсем упало, стало отчаянно синим, как в навязчивой песенке Киркорова. Потому я решил не заморачиваться с чилийским перцем, а приготовить баклажаны.
Набрав полные сумки, я двинулся в обратный путь. И вот тогда, в подворотне у метро и произошла та самая встреча, которую я втайне ждал еще с детсадовских времен. Я встретил Жужу. Точнее, это она меня встретила, подставив подножку.
Растянувшись на скользкой после дождя плитке и вывалив в лужу свои синенькие баклажанчики, я повернул голову в досаде и натолкнулся на хитрющие зеленые глаза.
Слова ругательств завяли у меня на губах. Я сразу понял, что это – судьба, которая меня наконец-то настигла.
Глава 2
2.
Из заоблачных высот, глядя на долину,
Вышел семицветный кот, мягко выгнув спину
Судьба явилась мне в образе рыжей и худущей кошечки, почти еще котенка, вступающего в пору взросления. Именно о нее я и споткнулся, растянувшись во весь рост.