Вот и теперь Лидия оказалась в ситуации, когда косвенно была причастна к нарушению границ территории Энжела Труманти. От осознания этой мысли ей было максимально некомфортно. Войдя к нему в кабинет, она ожидала грома и молний, но на удивление капитан был спокоен и кажется даже доволен.
- Присаживайтесь, лейтенант.
- Спасибо, сэр.
- Мне уже доложили о вашем переводе, - сообщил деловито капитан. - Это временно, поэтому вы остаетесь под моим руководством. А поскольку это так, я настаиваю, чтобы в случае возникновения напряженных ситуаций, вы мне сразу доложили о них. Поступая в распоряжение Центрального управления, вы не должны терпеть какого-либо произвола или еще каких-нибудь неприятностей.
- А вы так уверены, что они будут? - постаралась удивиться, а не расстроиться Лидия.
Капитан исподлобья на нее взглянул.
- К сожалению, я уже вижу направленную провокацию в связи с информацией о вашем переводе. Мне удалось лично поговорить с сержантом Фаулзом. И беседа эта была не из приятных или уважительных.
Брови Лидии вздернулись уже в истинном изумлении. Конечно, капитан был человеком, поэтому по идее не заслуживал отношения, которым награждали хомсов. Но ему частенько доставалось за охотное с ними сотрудничество и подчеркнуто уважительное отношение. Однако она никак не ожидала, что неприязнь Фаулза столь сильна, что он готов проявлять ее к капитану полиции и главе полицейского участка.
- Помните, Фальконе, что Фаулз идиот. И ему еще предстоит проверка на соответствие занимаемой должности.
Лидии показалось, что она ослышалась.
- Вы инициировали проверку?!
- Нет, конечно, я же не выжил из ума. Отправить вас туда и инициировать проверку человека, с которым вы накануне поцапались на месте преступления? Сделай я это, и в Центральном управлении только ленивый не вытрет об вас ноги. Проверка будет проведена обязательно, но после окончания расследования... - Труманти сделал паузу. - Либо когда Фаулз окончательно зарвется.
- Я не буду строчить жалобы на него. У нас дело горит.
- Когда он зарвется, поверьте, ваша жалоба не понадобится, - усмехнулся капитан.
- Почему? - удивилась Лидия.
- Потому что вы надерете ему задницу, и он сам настрочит жалобу.
Фальконе удержалась от смеха только из уважения к своему начальнику.
- Хорошо, капитан. Тогда я отправляюсь в управление?
- Да, вы свободны, лейтенант. Удачи.
С этим вдохновляющим напутствием Лидия пошла собирать свои пожитки. Они были немногочисленны, но кто знал, что ей там понадобится. А неприятные предчувствия и не собирались рассеиваться. На душе скребли кошки.
Глава 3.
Брейди Колм тоже не поехал домой. Приехав в Центральное управление и войдя в кабинет, он запустил компьютер и еще раз пробежался по отчету, который выслала Лидия. В почте были еще первичный отчет криминалиста. Кроме описания увиденного тела, криминалист отметил, что штыри являлись ребристой стержневой арматурой из стали, используемой для строительства.
Попутно Колм отметил, каких свидетелей и знакомых из числа окружения Мастерсона следовало опросить. Надо было начинать обход кучи народа, еще и тех, кто присутствовал в клубе "Демон". От количества работы пухла голова. Часть присутствующих в клубе уже начали опрашивать копы, но ключевых свидетелей оставили для Колма и Фаулза. Брейди бегло осмотрел документы жертвы, доставленные из его кабинета в клубе и из его квартиры. По всему выходило, что личной жизни у Мастерсона не было, он активно работал, занимаясь сексом с половиной богачей, но не ходил на свидания и не имел постоянной подруги, что в общем-то при его образе жизни было даже целесообразно.
В финансовой документации Колм обнаружил регулярные отчисления юристу, и решил поговорить с нем на тот случай, если Мастерсон оставил завещание. Знакомых у него могло и не быть, но большие деньги могли найти неожиданного хозяина, у которого тогда обнаружился бы приличный мотив. Убийство походило на ритуальное, но сегодня подстроить такое мог любой, даже просто наняв исполнителя.
Потихоньку выстраивая план расследования, Брейди Колм мыслями иногда возвращался к усталому лицу Лидии, которая, чуть сгорбившись, покидала место преступления, немного одинокая и бесконечно печальная. Хоть ее укрепленная лабораторией натура позволяла успешно скрывать свои чувства, все равно в лиловых глазах мелькала грусть. Именно грусть одиночки. Просмотрев личное дело лейтенанта Фальконе, Колм не нашел в нем никаких следов хоть какой-то пары, только приемная семья, проживавшая теперь в предместье Коламбуса, и единственная подруга, восемнадцатилетняя барменша из заурядного бара тоже на окраине города. К ней Лидия наведывалась регулярно, хотя бы раз в месяц. Безупречная финансовая отчетность, небольшие отчисления каждый месяц в пенсионный фонд, скромная сумма на сберегательном счете. Фальконе вела спокойную, где-то даже скучную жизнь. Хотя такие красивые женщины обычно ни в чем себе не отказывали, находясь в центре внимания и не сходя с обложек глянцевых журналов. Особенно платиновые блондинки, вроде Лидии.