Остальные расходы принимающая сторона берет на себя.
Ст. научный сотрудник - Пегов Н.И.
Пегов, ты совсем свихнулся что ли? - Зам по науке Петр Фомич нервно затряс головой. Ничего умнее не мог придумать? С этой бумажкой Розалия Львовна точно отправит в психушку тебя вместе с твоим проспиртованным телом.
- А что прикажете делать, Фомич, если Марсолина приглашает к ним в гости, да ещё обещает с родителями познакомить? Или я не мужик! Вот ты бы отказался?
- Не знаю, а что за ахинею про тело ты написал, и вообще каким местом ты в иные миры собрался?
- Видишь ли, там у них моё тело не сможет существовать: весить оно будет около тонны – ни скелет, ни мышцы не выдержат, и кислорода там нет. Так что они переместят моё сознание в какое-нибудь их дежурное тело, а моё здесь пока полежит, Дуська за ним присмотрит.
- То есть ты здесь будешь валяться в бесчувственном состоянии, а твоя Дульсинея будет твоё тело спиртом натирать, чтобы оно случайно не просохло.
- Вообще-то они обещали присмотреть и за телом, а Дуську я на всякий случай попросил приглядывать, мало ли что – вдруг его сопрут, куда мне тогда возвращаться.
- В общем, так: бумажку эту я никому не буду показывать, а ты напиши заявление на отпуск без содержания по семейным обстоятельствам и валяй хоть в иные миры, хоть к бомжам в теплотрассу, но чтоб телом твоим здесь и близко не пахло.
- Так в этом-то и заключается проблема – радиус действия лабораторной установки не более десяти метров, поэтому, чтобы отправиться к ним в гости и вернуться обратно, моё тело должно находиться где-то рядом. Можно, конечно, подвесить его за окном, но я не уверен, что оно перенесет наши морозы, да и птички могут его попачкать. А если кто-нибудь увидит и вызовет МЧС, то его точно снимут и отвезут в реанимацию, а как там будут приводить в сознание, если в теле только спинной мозг – зомби получится.
- Если пришельцы выскоблят тебе голову, думаю, ничего страшного не произойдет – будешь, как все на работу каждый день ходить, и отчеты своевременно строгать.
- Шутить изволите, а мне не до смеха. Я вообще не писал бы заявления, если бы знал, куда девать это проклятое тело, у меня же не лаборатория, а проходной двор какой-то – каждый норовит заглянуть по любому поводу и без повода. А Дуськин хахаль, Марсель Иванович, тот вообще каждый день по два-три раза здесь нас посещает; сядет в углу и вздыхает. Пока не нальешь – ни за что не уберется восвояси. Вон Цукерман, сколько лет шьет штаны в своей лаборатории – уже пол Израиля обеспечил «фирмой». Все слышат, как целый день строчит его любимый «Зингер», и никому нет дела. А ко мне Розальва как на работу ходит ежедневно отмечаться. Если она застукает мое, как я полагаю, бесчувственное тело – скандал будет грандиозный с непредсказуемыми последствиями для него. Как быть, что посоветуешь, Фомич?
- Есть одна мыслишка – вон у тебя железный шкаф для радиоактивных элементов, которых у тебя отродясь не бывало. Ты убери пару полок и спрячься там, а твоя Дульсинея запрет его – и будешь спать в нем как Петр I в Голландии. А у нас в институте, кстати, появится свой скелет в шкафу.
- Слушай, а ведь это идея! Ну, Фомич, ты гигант мысли, я так, пожалуй, и сделаю. Только одна просьба – пусть никто кроме тебя и моей ассистентки не знает, что я отправился с ответным визитом – все равно ведь никто не поверит.
- Хорошо, но напиши все-таки заявление на отпуск без содержания, а я обе бумажки придержу у себя, сколько будет возможно, и доверенность Копыловой напиши на получение твоей зарплаты. Не забудь пиджак на стул повесить, как это москвичи делают, а если кто-нибудь тобой будет интересоваться, Дульсинея твоя пусть отвечает, мол, только что вышел.
- Договорились, тогда я прямо сейчас полки вынимаю и отправляюсь к ним в гости. Давай по маленькой на посошок, чтоб всё удачно сложилось.
- Достал ты меня, Пегов, ты же знаешь, не пью я. А шкаф пусть твоя Дульсинея держит взаперти, чтобы твоё тело по ночам не шлялось по институту и не пугало охрану.
- Замётано. Тогда, как говорится, до встречи на южных широтах! Если что – не поминайте лихом.
- Ну, ты, пожалуйста, не забывай нас, червей земных, пиши почаще, а то мы будем скучать.
- Я понимаю, что ты шутишь, но всё равно приятно. Может, обнимемся на прощание.
- Да иди ты … - Петр Фомич хлопнул дверью и ушел.