— Ты ничего не понимаешь! Между нами ничего нет! — Кендра надеялась, что не покраснела.
— Чтобы спасти тебя, он сразился с женщиной-гепардом и приручил дракониху, — возразил Сет. — И потом, ему уже есть шестнадцать, так что водительские права он наверняка получил…
— Больше ничего не буду тебе рассказывать!
— А тебе и не придется ничего рассказывать мне, ведь у тебя будет Гэвин.
Бабушка укоризненно покачала головой:
— Не дразни сестру! Ей и так тяжело пришлось на прошлой неделе.
— Наверное, я бы смог укрощать драконов, — мечтательно вздохнул Сет. — Кстати, я тебе уже говорил, что магический страх меня не берет?
— Раз сто, — буркнула Кендра, придвигая брату свою тарелку. — Знаешь, Сет, я тут вот о чем подумала. Очень странно, что, когда ты, по твоим словам, играл, дневник упал и раскрылся именно на странице, посвященной Курисоку. Более того, я как-то не представляю, во что можно играть с дневниками. Ты строил из них башни, как из кубиков, что ли? Ну-ка, признавайся! Если бы ты не твердил мне каждый день, какое дурацкое занятие чтение, я бы заподозрила, что ты специально листал старые дневники!
Не поднимая головы, Сет молча набил рот оладьями.
— Чего ты стесняешься? — продолжала Кендра. — Я очень рада, что ты вдруг полюбил читать… О, придумала! Когда вернемся домой, я запишу тебя в библиотеку, и тогда библиотекарям точно не придется скучать!
— Положение было критическое! — не выдержал Сет. — Следи за губами: кри-ти-чес-ко-е! Я вовсе не идиот и не собирался развлекаться таким странным способом! Если бы я умирал с голоду, то, наверное, съел бы спаржу. Если бы к моей голове приставили пистолет, я бы посмотрел по телевизору мыльную оперу. А чтобы спасти «Дивное», можно и почитать… Ну что, довольна?
— Ты поосторожнее, Сет. — Бабушка притворно нахмурилась. — Любовь к чтению очень заразна!
— У меня что-то аппетит пропал! — буркнул Сет и пулей вылетел из кухни.
Кендра и бабушка дружно рассмеялись.
На кухню вышел дедушка, он озабоченно посмотрел вслед внуку.
— Какая муха его укусила?
— Кендра уличила его в том, что он читал по собственной воле, — с серьезным видом ответила бабушка.
Дедушка удивленно поднял брови:
— Может, пора уже сообщить куда следует?
Бабушка покачала головой:
— Не позволю, чтобы моего внука публично унижали и уличали в том, что он вдруг полюбил читать! Нет уж, с таким позором придется справляться самостоятельно.
— Дедушка, у меня идея! — воскликнула Кендра.
— Заклеить окна, чтобы папарацци не застукали его на месте преступления? — предположил дедушка.
Кендра хихикнула:
— Нет, я кое-что придумала насчет «Дивного».
Дедушка жестом велел ей продолжать.
— Давай поговорим с Линой! Если к гибели дядюшки Пэттона действительно причастен Курисок, возможно, Лина в курсе… Надо постараться узнать о старом демоне все, что только можно!
Дедушка понимающе улыбнулся:
— Совершенно с тобой согласен. Более того, я и сам собирался наведаться на озеро. Помимо всего прочего, мне хочется узнать, слышала ли Лина об артефакте, который якобы привез сюда Пэттон.
— Я говорю на языке наяд, — напомнила Кендра. — И могу пообщаться с ней напрямую.
— Спасибо, что предлагаешь свою помощь, но принять ее я, к сожалению, никак не могу, — вздохнул дедушка. — Ты очень умная и способная. Наверное, с твоей помощью связаться с Линой было бы проще. Но эпидемия слишком опасна — по пути нас с тобой обоих могут превратить в тени. Я позволил вам с братом остаться в «Дивном» при одном условии — что вы не выйдете из дому, пока мы не разберемся в том, как все началось и как с этим бороться. Вы и так достаточно подвергали свою жизнь опасности.
— Ну да, ты ведь здесь главный, — вздохнула Кендра. — Просто, по-моему, мне лучше удастся поговорить с Линой, чем тебе. Нам ведь нужно все выяснить!
— Ты совершенно права, — кивнул дедушка. — Тем не менее я вынужден отказаться от твоего предложения. Я не могу допустить, чтобы моя внучка превратилась в тень… Что это, неужели яблочные оладьи остались?
— Ты и так уже много съел, — проворчала бабушка.
— Больше трех часов назад, — возразил дедушка, присаживаясь на стул, с которого только что вскочил Сет. — Хотя вчера легли поздно, мы, старики, всегда встаем с рассветом. — Он подмигнул внучке.
На кухню вышел Уоррен, он нес моток веревки.
— Что, Стэн, опять оладушками балуешься?
— Доедаю остатки, — ответил дедушка.