Пол задрожал, и Дэвис удержался на следующем ярусе. Алекс прижался к стене и поднял пистолет. Пистолет Дэвиса был в кобуре. Он заметил Алекса в тот момент, когда пол перестал трястись, и выронил лом, потянувшись за пистолетом.
Алекс выстрелил.
Пуля врезалась в магический щит, и тот на мгновение засиял ярко-желтым светом, превратившись в идеальную сферу вокруг агента ФБР.
Алекс выстрелил снова.
На этот раз, когда сфера засияла, Алекс увидел, как от места попадания пули расползаются трещины. Дэвис сжал пистолет в руке и вырвал его из кобуры.
Алекс выстрелил.
Щит Дэвиса разлетелся с такой силой, что разрушитель заклинаний отлетел в сторону, а пуля прошла сквозь щит и попала агенту в правую часть груди. Алекс выстрелил еще раз, и вторая пуля попала Дэвису в живот.
Несмотря на два ранения, Дэвис открыл ответный огонь. Он был не в том состоянии, чтобы целиться, и его выстрелы летели мимо, но они заставили Алекса отступить в укрытие за углом.
— Как? — спросила Сорша, но Алекс лишь ухмыльнулся и пожал плечами. — Ах ты, лживая крыса, — проворчала она через мгновение. — Ты же говорил, что на твоем пистолете нет руны разрушающей заклинания.
— Ее там нет, — ответил Алекс, поднимая свою шляпу. — Руны на пулях.
Он просунул шляпу за угол, и Дэвис проделал в ней дыру.
— Неплохо для человека с такими ранениями, — крикнул Алекс. — Ты же понимаешь, что эту рану в животе нужно срочно обработать, иначе ты умрешь.
— Неважно, — прохрипел Дэвис.
— Твой план провалился, — сказал Алекс. — Мисс Кинкейд предупредила других чародеев. Они будут ждать шпионов, которых ты к ним подослал. Никто не погибнет. В Америке не будет войны чародеев.
— О, вы... маловерные, — прохрипел Дэвис сквозь боль.
— Не тяните меня за язык, — сказал Алекс. — Если попытаешься подползти к своему разрушителю чар, у меня будет достаточно времени, чтобы высунуться и прикончить тебя. Сдавайся, и я прослежу, чтобы тебя доставили в больницу живым.
— Чтобы ваши чародеи могли выведать все мои секреты? Нет, спасибо. К тому же вы ошибаетесь, думая, что с моими планами покончено. Заклинание, удерживающее этот замок, ослабевает. Сейчас он смещается на восток и юг.
— Башня "Эмпайр-Тауэр", — ахнула Сорша.
— Верно, чародейка, — сказал Дэвис. — Заклинание левитации продержится достаточно долго, чтобы мы успели добраться до ядра, а потом… бабах.
— Он прав? — Алекс посмотрел на Соршу.
— Представь, что вся накопленная в Башне "Эмпайр-Тауэр" энергия высвободится разом, — процедила она сквозь зубы. — Удар моего дома о башню разрушит заклинания, сдерживающие ее силу. Внезапное высвобождение всей этой энергии будет сравнимо с катастрофой в Галифаксе.
— Там образовался кратер шириной более трех километров, — выдохнул Алекс.
— Подумай об этом, писака, — слабым голосом произнес Дэвис. — Вся Америка обвинит в этом… чародеев. Начнется война, только другого рода, когда вы изгоните своих магов.
Алекс выглянул из-за угла и тут же спрятался обратно, когда раздался еще один выстрел.
— Мне остается только… сидеть здесь и ждать, — сказал Дэвис. — Возможно, у меня… осталось немного времени, но у этого заклинания его еще меньше.
Алекс оглянулся на Соршу.
— Он прячется за большим фиолетовым заклинанием, — сказал он. — Если я попытаюсь выстрелить в него через него, мои руны-разрушители могут его уничтожить.
— Почему он просто не выстрелит? — спросила Сорша. — Разве на его пистолете нет руны-разрушителя?
— Должно быть, он их израсходовал, — ответил Алекс. — Помнишь, руны исчезают после использования.
— У меня еще достаточно пуль, чтобы держать вас на расстоянии, — сказал Дэвис. — Я сожалею лишь о том, что не увижу славного... восхождения Третьего рейха.
Алекс осторожно вытащил левую руку из повязки, затем с трудом снял пиджак. В его книге осталось всего несколько рун, и одну из них, как он надеялся, ему никогда не придется использовать. Он бы отдал многое за руну мгновенного перемещения, но у него не было ни ее, ни трех часов и множества инструментов, которые потребовались бы для ее создания. Даже если бы она у него была, не было никакой гарантии, что Сорша в ее состоянии сможет восстановить поврежденное заклинание левитации.
— Дэвис, как ты вообще стал нацистским шпионом? — спросил Алекс, аккуратно закатывая левый рукав рубашки.
— Меня заслали сюда в качестве шпиона во время Первой мировой войны, — ответил он. — К тому времени, как я внедрился в окружение... война закончилась. Мне приказали остаться... на случай, если я понадоблюсь.
— Что ты делаешь? — прошептала Сорша, когда Алекс обнажил руну побега, вытатуированную на его руке.
Алекс подмигнул ей. Он и сам не был до конца уверен и не мог тратить время на долгие объяснения.
— Должно быть, ты произвел фурор, когда устроился в ФБР, — сказал он. Дэвис усмехнулся.
— Ты даже не представляешь, как обрадовались мои начальники в Берлине.
Алекс пролистал книгу, пока не нашел нужную руну. Он потратил на ее создание пять часов, в основном используя серебряные чернила, и она мягко светилась в тусклом свете.
— Моя настоящая миссия заключалась в том, чтобы вернуть тебя на родину, Сорша, — сказал Дэвис. — Каким благом для фюрера мог бы стать твой ум.
— Не думаю, что я вписалась бы в вашу новую Германию, — сказала Сорша.
Алекс нашел чистый лист бумаги и достал из кармана рубашки карандаш. Для написания большинства рун требовались время и экзотические материалы, но некоторые из них, например руна восстановления, которую он нарисовал, чтобы Мэри могла починить свои чулки, можно было изобразить с помощью карандаша и за считаные минуты. Он положил лист бумаги на каменный пол, наклонился и начал рисовать соединительную руну на куске светочувствительной бумаги.
— Конечно, ты бы вписалась, — сказал Дэвис. — Ты идеальная арийка.
Сорша нахмурилась.
— Как и агент Уорнер, — резко ответила она. — Я видела, как много это значило.
— Мне жаль, что так вышло, — сказал Дэвис. — Но я не мог допустить, чтобы ты узнала о моих планах... пока не стало бы слишком поздно и ты не смогла бы меня остановить.
Словно в ответ на его слова замок затрясся и накренился. Алексу вспомнились американские горки на Кони-Айленде. Сорша вскрикнула от боли, когда замок внезапно перестал падать и ее раненое бедро ударилось о пол.
— Теперь это... не займет много времени, — сказал Дэвис, его голос был хриплым от боли. — Вы оба были выдающимися противниками. Особенно ты, писака. Я жалею лишь о том, что ты не нашел для меня "Монографию Архимеда". Какой триумф... это был бы.
Алекс закончил соединительную руну, облизал ее и приклеил к руке. Он закурил сигарету, облизал серебряную руну и приклеил ее поверх соединительной. Сорша схватила его за ногу.
— Что ты делаешь? — спросила она. — Я не уйду, пока у нас еще есть шанс спасти Нью-Йорк.
Внезапно сводчатый зал наполнился звуком, похожим на звон разбитого стекла, и пол ушел из-под ног.
— Я победил, — крикнул Дэвис, когда замок начал рушиться.
— Черта с два, — крикнул в ответ Алекс и прижал сигарету к светящейся бумаге на руке. Татуировка на его коже вспыхнула, и мир вокруг стал прозрачным. Он увидел Дэвиса, зависшего в воздухе из-за ослабевающего заклинания левитации, и Соршу, которая цеплялась за его ногу, пока замок уходил из-под ее ног. Алекс потянулся к ней и крепко прижал к себе, а потом все вокруг сжалось, и ему показалось, что его тело сделано из резины и его проталкивают через длинную трубу.
Через мгновение он почувствовал, что его тело снова стало объемным, но замок все еще падал, и он падал вместе с ним.
25. Посадка
Замок рухнул вокруг Алекса и Сорши. Он не знал, сколько времени у него в запасе, но вряд ли много.
— Что ты наделал? — крикнула Сорша, но её слова заглушила очередная ослепительная вспышка света.
Алекс почувствовал, как его тело снова теряет форму, а затем его скручивает и сворачивает, пока он проталкивается через ещё одну узкую трубу. Это продолжалось, казалось, целую вечность, пока наконец он снова не почувствовал, что падает. Он тяжело приземлился на твёрдую поверхность, и воздух вышибло из его лёгких, когда Сорша упала прямо на него.