— Ну и мастера же вы заливать! — глядя вслед полицейскому «фиату», сказал Бартек. — Я бы так ловко не сумел. А почему вы укрываете от него пана Вольского?
— Исключительно на всякий случай, — ответила Яночка. — Ведь мы же о нем ничего не знаем, а ведет он себя чересчур подозрительно. Сначала его разгрызем, а потом, может, и скажем.
— Знаешь, я, пожалуй, проверю по телефонной книге всех, фамилии которых начинаются на «Лев». Тоже на всякий случай. Понятно, что, если это большая шишка, его телефона в справочнике не будет. И еще сегодня придется сделать уроки на послезавтра, потому как завтра очень уж хочется посмотреть на спектакль. Интересно, как у них получится на этот раз?
— На этот спектакль я с вами обязательно пойду! — напомнил Бартек. — Завтра в школе договоримся. И с Веськой завтра поговорю...
Вернувшись из школы, Павлик зашел к сестре. Яночка склонилась над географическим атласом, где по карте что-то сверяла с книгой о путешествиях, которую уже целую неделю читала.
— Забыл тебя вчера спросить, зачем ты Хабра отослала из машины? — спросил Павлик сестру.
Отложив атлас, девочка выпрямилась и поудобнее уселась на тахте.
— Ну как ты не понимаешь? Уже было темно, нас нет дома, мама могла волноваться. А ведь мы с тобой сейчас должны быть жутко послушными! Не забыл, надеюсь? Чтоб мне никаких глупостей в школе не выкинул, мы не можем себе такой роскоши позволить! Должны вести себя так, чтобы к нам нельзя было придраться.
— Да знаю я, отстань! — скривился Павлик.
— Вспомни, когда отец уезжал в служебную командировку в Алжир, что мы ему обещали? Обещали заботиться о матери и быть послушными до омерзения. Вот и надо придумать побольше заботы. Вчера я придумала, отправила Хабра, он сказал, что с нами все с порядке и мы уже возвращаемся домой. Мама сама призналась, что у нее гора с плеч свалилась. А больше из забот мне ничего в голову не приходит, одни блюда.
— Какие еще блюда?
— В основном экзотические. И вообще, чтобы матери пришлось меньше готовить, она это очень оценит. И еще какое-нибудь особое блюдо для отца выдумать, из тех, что он любит.
— А то, китайское, помнишь? — оживился Павлик. — Очень неплохо получилось, только повидло туда не клади.
— Подумаю. Ну а вы что видели сегодня? Сев на стул верхом, мальчик принялся рассказывать:
— Сразу после школы мы с Бартеком и отправились, хорошо, у меня хватило ума вчера уроки приготовить на завтра. На улице Подхорунжих ничего особенного не стояло, ни одного «фольксвагена», а ведь он сказал, что сегодня там будет припаркован, так ведь? Может, попозже. И на Бонифация тоже ничего.
— Люди еще на работе, приедут только вечером, — заметила сестра. — А вечер еще не наступил, даже не начинается.
— Ты обещала поговорить с Рафалом. Как?
— Он еще не вернулся.
— Вернулся, только что! Сам видел. Пошли поговорим.
С полвосьмого вечера у дома № 12 по улице Подхорунжих стояло целых три «фольксвагена». Возможно, на двух прибыли гости, ибо в одной из квартир на втором этаже проходила веселая вечеринка, о чем свидетельствовали музыка и шум, доносящиеся сквозь приоткрытые окна ярко освещенной квартиры. Нет, это была очень культурная вечеринка, без пьяных выкриков и гремящей на всю улицу музыки, но тем не менее смех, говор и звуки музыки свидетельствовали о наличии гостей. Если не два, то по крайней мере хоть один из припаркованных у дома «фольксвагенов» мог принадлежать кому-то из гостей.
На этом отрезке с улицы Подхорунжих не было проезда на Черняковскую, улица заканчивалась здесь небольшой стоянкой, где Рафал и оставил свою машину.
Нельзя сказать, что Яночке стоило большого труда уговорить двоюродного брата принять участие в их операции. И афера с автомобилями чрезвычайно возмущала парня, и младшая сестра прибегла в агитации к вескому аргументу.
— Уж такие балбесы и дубины получают аттестат зрелости, что ты бы мог так не трепыхаться, — презрительно сказала девочка. — Мы с Павликом решили вообще этого не брать в голову. А ты что, хуже этих балбесов?
Сравнение с балбесами не очень понравилось Рафалу, но зато оказалось весьма убедительным. И в самом деле, не слишком ли много сил отнимает у него подготовка к получению этого несчастного аттестата зрелости? Света Божьего из-за него не видит, а тут такие события! Не может он оставаться в стороне. И Рафал решил этот вечер посвятить делам, не очень связанным с ученьем, зато таким захватывающе интересным!
Доехав до стоянки, замыкающей здесь конец улицы Подхорунжих, он вместе с Павликом, Яночкой и Бартеком стал знакомиться с местностью, решая, где удобней всего им спрятаться. Местность в этом отношении предоставляла большие возможности. Можно было спрятаться на стоянке. Можно было проехать за дом и спрятать свой «малюх» во дворе за многочисленными строениями и баками с мусором. Можно было втиснуться на газон между деревьями на улице. Можно было спрятаться за большим фургоном, стоящим по другую сторону улицы напротив дома № 12. Знать бы только, на какой именно из «фольксвагенов» нацелились угонщики.