Если дело и было изложено несколько путано поручик не стал придираться. Помолчав, переварил сообщение и коротко бросил в трубку:
— Хорошо! Еду. Спасибо.
Хозяйка магазина похвалила девочку:
— Умница, недолго ты говорила. А то мне уже закрывать пора. Нет, нет, дорогая, никаких денег мне не надо, у меня же телефон оплаченный.
Бартек поджидал Яночку неподалеку, спрятавшись в подъезде соседнего дома.
— Возвращается, — сообщил он Яночке. — Пошли посмотрим, как поедет.
Пурхель сел в свою машину, но она не проехала и нескольких метров, как зад ее занесло. Водитель съехал на край мостовой и остановился. Вышел, взглянул на колеса. Оба задних на глазах опадали.
— Каждое по два раза! — сказал Бартек. — Чтобы далеко не уехал.
— Нам совсем незачем торчать на виду, — поморщилась девочка. — Давай где-нибудь в укромном месте подождем остальных. А, вот и Павлик! — воскликнула она, увидев Хабра. И в самом деле, сразу же за ним появился Павлик.
Мальчик весь дрожал от волнения и шепотом стал рассказывать:
— На четыре машины замахнулись! Одна будет из Тувима, вторая из Познани едет, у них и ключи к ней есть. На Жолибож. И если пан. Вольский слышал их, должен уже с реактивной скоростью...
— Его нет дома, — перебила Яночка. — Собственными глазами видела, как вышел. Значит, записывает на пленку. Вернется, послушает и примет меры. И опять это будет ночью! Спятить можно!
— Погоди, может, еще успеем, — вмешался Бартек. — Не представляешь, сколько ему из Познани ехать?
Павлик стал прикидывать.
— Из того, что я услышал, выходит, выехал только что. Ну, за это время они на явку добрались... Час назад, не больше.
Отойдя к фонарю, Бартек посмотрел на часы.
— Сейчас пять минут восьмого. Ехать им еще три-четыре часа, как получится. Будут здесь в десять или одиннадцать, не так уж и поздно.
— Для нас поздно! — сказала Яночка. — Если нас в это время не будет дома... Вот часа в два ночи — другое дело, можно организовать. Ну же, рассказывай. Ты откуда подслушивал? — спросила она брата.
Брат пояснил:
— Когда я пришел, второй уже там был, Хабр меня предупредил. Пришлось с другой стороны обойти. Как раз запирали лавочку, бренчали ставнями и замками, они меня и не услышали. А разговаривали прямо у меня над головой, как раз у самого «жучка» пана Вольского. А что?
— Очень меня беспокоит, как бы он в своем «жучке» нас не услышал, — ответила девочка. — Не должен вроде бы, ведь мы каждый раз были там поодиночке, с Хабром я говорила шепотом, а ты не успел тогда заорать. Нет, думаю, пан Вольский о нас не знает.
Бартек удивился:
— А пусть и знает, нам-то что?
— Ну как ты не понимаешь! — пожала плечами девочка. — Ведь тогда... тогда ему может не понравиться, что мы о нем узнали, приходим сюда, следим, подслушиваем... И тогда он напустит на нас кого угодно — полицию, школу, семью. Семью — самое страшное. Нет, очень хочу надеяться, что он о нас не знает.
Тем временем к меняющему колесо пану Пурхелю подъехала полицейская патрульная машина.
Двое полицейских вышли и стали разговаривать с пострадавшим. Не похоже было, что они говорят с ним сурово, напротив, как-то так... дружески, вроде бы даже предложили помочь с колесом. Правда попросили его документы и изучили их, но даже на таком расстоянии было видно — относятся к пострадавшему с сочувствием и пониманием. Тут подъехала какая-то машина, остановилась через два дерева от Пурхеля, ее водитель вышел и с интересом наблюдал за сценой, из-за угла появился пожилой мужчина, прогуливавшийся с собачкой. А вот и третий, неизвестно откуда взялся...
— Гляди-ка! — Павлик ткнул сестру в бок. — Поручик!
— Быстро приехал! — похвалила поручика Яночка. — Не иначе как на пожарной машине мчался. Надо ему сказать о той машине, из Познани. Стой, ну куда полетел? Совсем спятил! Вместе с ним нас никто не должен видеть! Пурхель наверняка соображает, а тут еще и другие ошиваются, мы ведь не знаем, кто они.
— Тот, с собачкой, уже свернул на Олькусскую, — оправдывался Павлик.
— И может прекрасно подглядывать оттуда, — не уступала сестра. — Да и другие могут наблюдать, мало ли где спрятались. Впрочем, и одного Пурхеля достаточно.
— Пошлем Хабра! — решил Павлик. — А сами спрячемся.
— Вон в том парадном очень удобно, — подключился Бартек. — Я оттуда подсматривал.
Притворившись, что с интересом наблюдает за сменой колес, поручик незаметно оглядывался. Где-то здесь должны быть эти ужасные дети, наверняка они еще что-то знают. Побыстрее бы пообщаться с ними да и спровадить отсюда подальше, опять ведь в опасное дело лезут. И не дай Бог появятся тут, противник узнает о них.