Просим принять к сведению, что мы глубоко ценим ваш подход к делу и неустанные усилия последних восьми лет, создавшие компанию и целую индустрию, о каких никто и мечтать не мог. Однако, к сожалению, серия недавних разоблачений глубоко затронула нас… [Все] эти проблемы наносят огромный ущерб бренду Uber и грозят уничтожить ценность Uber для акционеров и держателей пакетов акций. Мы считаем, что проблемы порождены недостатками, глубоко укоренившимися в корпоративной культуре и принципах управления Uber, а также стилем руководства…
Для решения этих проблем мы должны предпринять конкретные шаги и укрепить бренд Uber и управление компанией. Если мы сейчас не ответим на вызовы адекватно, компания Uber и ее акции продолжат падение к ущербу для нее и всех ее акционеров, включая тебя.
…Мы твердо верим, что благодаря этим изменениям, Uber вернет себе место одной из важнейших компаний, когда-либо рожденных Кремниевой долиной. Мы надеемся, что вы согласитесь двигаться по этому пути вперед вместе с нами.
«ПРОДВИГАЯ UBER ВПЕРЕД»:
ТРЕБОВАНИЯ ИНВЕСТОРОВ
Во-первых, вы должны немедленно и навсегда покинуть пост главного исполнительного директора. Мы твердо верим, что перемены в руководстве вкупе с эффективным контролем совета директоров, улучшениями в системе управления и другими неотложными действиями совершенно необходимы Uber для движения вперед. Нам необходим пользующийся доверием, опытный и деятельный новый главный исполнительный директор, который сумеет помочь Uber преодолеть временные трудности и полностью реализовать потенциал.
Во-вторых, существующие управленческие структуры, включая совет директоров с его нынешним составом и структурой, больше не соответствуют компании стоимостью 68 миллиардов долларов с более чем 14 тысячами работников. Новый генеральный директор должен отчитываться перед независимым советом, осуществляющим надлежащий контроль. Далее, как вам известно, доклад Холдера рекомендовал назначить дополнительных независимых членов совета. Для этого вы заполните два из трех мест в совете, контролируемых вами (сохранив одно для себя), подлинно независимыми директорами, которые будут соответствовать рекомендациям из доклада Холдера по служебной квалификации…
В-третьих, вы должны поддержать комиссию по поиску генерального директора, созданную под руководством совета директоров с независимым председателем, и включение в нее представителя высшего руководства и представителя сообщества водителей…
В-четвертых, компания должна немедленно нанять опытного главного финансового директора на временную или постоянную основу. Более двух лет компания умышленно работала без квалифицированного специалиста [в роли] главного финансиста. Группа инвесторов убеждена, что вопрос о найме такого руководителя нужно срочно решить.
Мы надеемся на ваше согласие двигаться с нами вперед по этому пути и с нетерпением ждем ответа.
Каланик был в ярости. Поначалу он встал из кресла, не в силах закончить чтение письма. Его бесило, что эти двое навалились на него несколько недель спустя после внезапной трагической гибели матери. Как Benchmark мог решиться на такое?
Каланику сразу вспомнилось заседание совета директоров, проходившее неделю назад. Грейвз, Герли и остальные члены совета обсуждали отпуск Каланика и открыто желали ему добра. Герли сказал, что с нетерпением будет ждать возвращения Каланика из отпуска, и добавил, что поддержит Трэвиса, чем бы все это ни закончилось. Эти заверения тронули Каланика; несмотря на все личные потрясения, он ощутил поддержку коллег, и это его успокоило. Теперь, когда Коулер и Фентон подсунули ему смертный приговор, он задавал себе вопрос, давно ли возник заговор с целью его отставки. Это было величайшее из предательств.
Он, как всегда, принялся ходить по залу. Он кричал на них, на людей, которых считал когда-то союзниками и единомышленниками, а Коулер с Фентоном сидели с каменными лицами и слушали. Каланик метался, как зверь, загнанный в угол. Он этого просто так не оставит. Он не примет их требований. Он будет драться.
«Если это тот путь, которым вы хотите идти, то все для вас закончится очень плохо, – сказал Каланик. – Я серьезно».