Получив доступ к его компьютеру, Салливан выяснил, что коллега не единственная жертва шантажистов, развернувших активную деятельность на Match.com. В течение нескольких месяцев стажер вымогал деньги у десятков сотрудниц крупных компаний Кремниевой долины, угрожая распространить компрометирующие фотографии, если они не заплатят. Салливан не только спас репутацию знакомой, но и уведомил других женщин о разоблачении шантажиста, положив конец их мучениям.
С кем бы ни приходилось иметь дело: с румынскими хакерами, реализующими крупные мошеннические схемы, или шантажистами, вытягивающими деньги у доверчивых женщин, – Джо Салливан умел находить людей в Интернете и защищать от опасности. Именно поэтому его и позвали в Uber. И именно поэтому Салливан в итоге согласился. Посмотрев на Uber, он увидел крысиное гнездо проблем: широко распространившееся мошенничество, соперников на четырех континентах, хакеров, осадивших компанию в надежде добраться до золотых гор персональной информации. К тому же Uber предложил ему побыть кое-кем побольше, чем интернет-коп. Сама природа сервиса означала, что иметь дело придется и с тем, что пошло не так в реальном мире с миллионами водителей в настоящих машинах.
За несколько месяцев до прихода в Uber Салливан уже помог компании разобраться с проблемой взлома ее систем. Uber сообщил о взломе – закон требовал этого от всех компаний – в феврале 2015 года, через девять месяцев после хакерской атаки. Та утечка была не последней – в 2016 году защитные системы Uber взломает другой хакер. Тогда же Салливан и Каланик в последний раз добровольно признают факт взлома. Ни тот ни другой не предполагали, что решение держать язык за зубами обойдется компании так дорого.
К апрелю 2015 года, перед приходом в Uber, Салливан уже осознал, что ему нужно решать проблему намного более крупную, чем кражи и мошенничество.
Водители Uber нуждались в защите: их убивали.
Салливан не проработал на новом месте и двух недель, когда на его сотовый поступил срочный звонок. В Гвадалахаре убили водителя, и менеджеры подозревали, что за убийством стоят местные компании такси.
На протяжении нескольких месяцев Uber в Мексике подвергался нападениям со стороны картелей такси. Уровень насилия оставался поначалу невысоким: здесь словесная перепалка, переходящая в драку, там порча имущества. Но вскоре ситуация ухудшилась. Как и их коллеги в американских городах, мексиканские операторы такси тратили тысячи долларов на лицензии, разрешения, обучение и прочие установленные государством процедуры – только лишь для того, чтобы иметь возможность посадить в машину пассажира. И вот теперь профсоюзы беспомощно наблюдали, как Uber сливает их бизнес. Таксисты теряли надежду, и нападений, избиений и ограблений водителей Uber становилось все больше.
«Мы не оставим их в покое, – заявил Эстебан Меза де ла Крус, таксист и лидер профсоюза, объединяющего 13 тысяч водителей. – Мы будем выслеживать их и преследовать»155.
К тому моменту, когда Салливан занял свой пост, речь шла уже не только о разбитых губах, синяках и шишках. Люди погибали, и так происходило по всему миру. Надеяться на силы правопорядка не приходилось. Смерть таксиста не считалась приоритетом для полиции Гвадалахары. На запросы Салливана никто не отвечал. Расстроенный, он начал обзванивать старых друзей из разведывательного сообщества. Свет на ситуацию пролил один бывший контакт ФБР: «В Гвадалахаре правит картель. Мы туда людей не посылаем».
Обстановка в таких странах, как Бразилия, была еще хуже. В Южную Америку Каланик направил Эда Бейкера, бывшего директора по развитию Facebook. Бейкер всячески поощрял сити-менеджеров Сан-Паулу и Рио-де-Жанейро подписывать как можно больше водителей и пассажиров. Во избежание «трудностей» в процессе регистрации, Uber счел возможным требовать от водителей только адрес электронной почты – подделать который не составляло труда – или номер телефона. Сбор информации по индивидуальным водителям ограничивался еще и тем, что экономика Бразилии основывалась на наличных расчетах, а кредитные карты еще не вошли в широкий обиход.
Так создавались все условия для идеального преступления. Человек мог анонимно зарегистрироваться в качестве водителя, назвав фейковый адрес электронной почты, и сыграть в своего рода «уберовскую рулетку». Они вызывали машину, а потом творили беспредел. Машины похищались и сжигались, на водителей нападали, их грабили, а иногда и убивали. Уровень насилия поднимался, но компания держалась за систему Бейкера: поменьше препятствий.