— Я хотела тебя попросить… Не могла бы ты на эту ночь уйти спать в каюту к Вале. А он уйдёт в нашу… Ну чтоб… — не могла подобрать нужных слов Юля. Сразу видно, что речь она не репетировала перед зеркалом. Зато жестикуляция была что надо. Чуть в нос не ударила подругу.
— Я поняла тебя, — улыбнулась черноволосая, жестом прерывая неудавшуюся речь. В ответ Юля её только крепко-крепко обняла, сломав, наверное, пару рёбер, и упорхала. А Лиза продолжила играть.
***
— По преданию, остров Сими — родина трёх богинь радости и веселья. В честь имени одной из них он и получил название. Так что, мы взяли верный курс, чтобы получить дозу позитива. Славится остров своими умельцами, делающими первоклассные яхты; алтарями церквей, выполненными местными жителями, которые способны очаровать даже человека далёкого от религии; песочными и галечными пляжами, прозрачной водой, хорошей для дайвинга; шёлковыми изделиями, которые туристы смогут расписать самостоятельно. Здесь у нас не будет экскурсий, только пляжный отдых. Всем удачи, — завтрак сопровождал бодрый голос диктора, сообщивший сию небольшую информацию под аккомпонемент стука ложек о тарелки и разговоров. Скоро, совсем скоро пригодится и Валькин мяч, и все те купальники и плавки, лежащие без дела в чемоданах. Да и погода радовала неописуемо: тепло, солнечно. В общем, всё только сопутствовало пляжному отдыху. Повара за дверью чем-то постоянно гремели, изредка переругиваясь. В итоге, ко всеобщему удивлению, двое достаточно дюжих парней вытащили на волю мангал. За ними семенили официанты с углём и жидкостью для розжига. Остальные же повара осторожно, точно хрустальную вазу, несли по нескольку кусков отменной баранины.
— У нас будет шашлык? — громко поинтересовался Ислам, много раз жаривший его для друзей.
— Да. Вместо обеда, — коротко обронил один из поваров, прикрыв за собой дверь в ресторан. От этого на некоторое время наступила тишина, которую прогнали радостные разговоры ликовавшей компании. То Юля трясла всех и вся, счастливая, что не придётся опять есть эту изысканную еду и можно спокойно насладиться уже приевшимся, но таким родным жареным куском баранины под кетчупом; то внезапно включивший на полную мощность эмоциальность Ислам рассказывал с долей преукрашений, сколь часто ему приходилось его жарить. Изредка эту тираду мастера шашлыкожарки прерывал Валя, делясь почёрпнутыми из Википедии и ещё каких-то сайтов информацией, отложившейся в голове после того, как он с Лизой и Юлей на Новый год ездил в Тбилиси. В общем, идея организаторов данного отдыха всем несказанно понравилась. Однако, как говорил один человек, «всё, что после «но», лошадиное…» Ладно, здесь можно умолчать.
Начиналось всё просто прекрасно. Хвалёные галечные и песочные пляжи и прозрачная вода действительно были. И что самое главное, практически без туристов и с удобствами. Правда, Ислам всё равно умудрился найти и запикапить миловидную итальянку, с которой сейчас говорил на чистом английском о России. Её близкая подруга, пристававшая за тем же с невозможным остервнением к Вале получила отказ. Возможно, из-за вечно стоящей рядом Юли, что ещё больше насиловала мозг, прося то кремом намазать, то разговорами по типу «давай сходим на дайвинг». Ксюша старалась как можно быстрее найти хорошую связь, чтобы поговорить со своим худруком то ли о покупке новых кроссовок, то ли о странной девушке, облившей зачем-то краской дверь театра имени Ермоловой. При этом Лера почти не вмешивалась в дела рыжеволосой подруги, не считая моментов ора «да Ксюша придёт и уложит её ударом в печень» или «включи громкую связь, мне плохо слышно». Странно было видеть далёкую от всего этого, спокойно отдыхающую Софию, растянувшуюся на удобном шезлонге, к которой каждые пять минут пытался кто-то подкатить и уходил без результатов. А устроившаяся у самой кромки воды Лиза, пытавшаяся сосредоточиться посредством спокойного течения и плеска накатывающих на берег волн, вообще делала вид, что ничего не видит и не слышит, погрузившись в тетрадку, которую беспощадно исписывала. В общем, дела нашлись у всех. Но это до поры до времени, ведь Валя вовремя вспомнил, что у него есть мяч, и предложил всем сыграть в пляжный волейбол. А подходящая уже расчерченная площадка с сеткой нашлась сосвсем неподалёку.
Команды распределились следующим образом. В первой, что слева от сетки, играли Лиза, Ксюша, Ислам и его новая знакомая Фелиция. Во второй — Софья, Валя, Юля и Лера. Ну и, собственно, игра началась.
К счастью или к сожалению, играли все очень даже неплохо. На вполне себе хорошем уровне. Но вели себя как отъявленные головорезы между сетами. Орали, у горла большим пальцем проводили, сыпали угрозами. Всё это была шутка, но некоторые иностранцы всерьёз побаивались «этих суровых русских», которые держат в качестве домашних питомцев дрессированных медведей, играющих на балалайке, пьют водку день и ночь и живут в занесённых бесконечным снегом землянках, не считая новой знакомой Ислама, конечно.
В первой команде всё обстояло неплохо. Стоявшая сзади Лиза отлично принимала подачи, Ксюша в роли доигровщика ловко прыгала через сетку и с невероятной силой, удвоенной яростью после разговора с худруком, впечатывала мяч в песок, если удавалось, Ислам блокировал подачи, подпрыгивая. Вот только Фелиция тут явно была лишней, бегала туда-сюда, пытаясь показать себя и отбить мяч, но каждый раз либо пропускала, либо сталкивалась с кем-то и мешала. И Ислам в крайне вежливой форме попросил её стоять в сторонке, куда итальянка, обиженная до глубины души, ушла. С этого момента дела команды пошли в гору.
В другой команде лишних, по счастью, не было. Высокий, как фонарный столб, Валя мог легко блокировать мяч, если противники не использовали обман, Юля принимала подачи, прежде эффектно прыгая в песок и жалея, что никто не может сфоткать, Софья расчётливо «связывала» русоволосую и доигровщика Леру, заканчивающую цепочку ничуть не хуже Ксюши.
Команды играли наравне, шли нос к носу каждый сет, не думая уступать победу. Но, на беду им, начался дождь. Ветер поднялся такой сильный, что легко менял курс мяча. Небо затянуло серыми тяжёлыми тучами, скрывшими солнце.
— Вот блин! — стукнула кулаком по колену Юля и, подхватив вещи, ушла переодеваться. Лиза и Софья молча последовали её примеру. Парни переодеваться просто не стали. Ксюша и Лера ещё долго ругали и материли небеса. Пляжный отдых был испорчен. А ведь они даже позагорать не успели!
Но всё что ни делается, делается к лучшему. Вдвойне приятно было сидеть в деревянной беседке с шатровой зелёной крышей и увитыми лозами винограда перегородками. Уже накрыт был прямоугольный стол со стоящими на нём огромным тазом с шашлыком, вздетым на шампуры, упаковкой кетчупа, луком, хлебом и несколькими бутылками вина. Даже располагало к разговорам с характерным кавказским акцентом. Атмосферу дополнила Лиза с гитарой и песней «Чито гврито», которую поддержал весь хор, попутно жующий шашлык.
***
В общем, было что вечером за ужином вспомнить. И как Юля, произносившая тост, бокал разбила, и как Ислам танцевал лезгинку под стук вилок и ножей с шампуром от шашлыка в зубах, и как Лиза без единой паузы выдавала очередную песню на грузинском, наученная всё в той же новогодней поездке в Тбилиси, и как Валя пытался рассказать анектод, но Лера заткнула его шашлыком в рот… Эх, и ещё много чего… Но компания уже разошлась по каютам, пожелав друг другу спокойной ночи. Только до спокойной и до ночи было далеко.
***
Валя со всей страстью впился в губы Юли, заставляя ту прижаться спиной к стене. Девушка незамедлительно ответила, прикусив парню нижнюю губу и языком слизав кровь. Она положила ногу ему на бедро, а он, продолжая целовать, провёл рукой от колена до самой ягодицы, и ладонь была уже под платьем. Резкий щелчок, и ненужная сейчас часть одежды с шорохом падает в ноги девушки. Юля крепко обняла парня за шею, не прерывая поцелуя. Валя наклонил голову, отмечая поцелуями шею девушки и слизывая капельки пота, что проступили на всём её теле. Юля вздёрнула подбородок вверх, дабы парню было удобнее, из уст раздавались первые стоны. А он спускался ниже, оставив багровый засос на ключице. Щёлк, и лифчик летит куда-то на кровать. И тут как раздался по радио голос диктора, заставивший обоих влюблённых вздрогнуть: