Движения мужских пальцев на трепещущей коже становились более дерзкими и раскованными. Они словно рисовали невидимые магические узоры, разжигая внутри бушующее адское пламя, от которого темнело в глазах. Девушка постаралась зажать руку нахального спортсмена свободной от его захвата ногой, чтобы не выпасть из безопасной реальности в водоворот необузданных страстей. Тут в работе её мозга произошёл явный сбой, вследствие чего жадное до прикосновений тело, отведя ногу подальше, предательски открыло доступ к самым чувствительным точкам.
- Не дёргайся, - успокоил Стас тягучим, приятно щекочущим нервные окончания голосом, - я помыл руки. Дважды.
- Причём тут это? - встрепенулась Лера, - Ты напрочь забыл, где и с кем ты находишься.
- Вообще-то у меня отличная память. Я прекрасно помню, что нахожусь рядом с женщиной, которую до безумия хочу, но которая рьяно сопротивляется. Хотя я уверен, что в твоей непробиваемой броне найдётся пара слабых мест. А до сборища надоедливых журналюг мне нет никакого дела.
Его пальцы легкокрылыми бабочками продолжали кружить по райским вратам томной женской чувственности, задевая наиболее восприимчивые участки и постепенно вводя девушку в сладостный транс. Её сердце билось сбивчиво и учащённо, ступни непроизвольно поджимались, а в груди разливался нестерпимый жар, тягучими каплями стекавший вниз живота. Острый и прозорливый разум девушки медленно погружался в гипнотический морок, а прочная связь сознания с действительностью ослабевала с каждым волнующе-дразнящим касанием. Леру больше не волновали ни увлечённые дискуссии корреспондентов с лучшими кадрами тренерского штаба, ни множество случайных наблюдателей, ни мимолётные вспышки фотокамер. Всё её нутро, превратившееся в сплошной оголённый нерв, скручивало от яростного первобытного голода, порождаемого греховными ласками форварда-искусителя.
Стас провёл двумя пальцами по клитору, размазывая горячую влагу неукротимого желания девушки, а затем бережно ввёл их в раскалённую до предела плоть. Лера издала тихий вздох удовольствия, и её дрожащие от еле сдерживаемого возбуждения руки впились в подставку от микрофона.
- Валерия Вадимовна, - очень некстати обратился к ней журналист средних лет в первом ряду, - Вы являетесь ИО "Аквамарина" не дольше месяца, и с вами команда отыграла уже целых три матча. При этом клуб ни разу не оказался в проигрыше. Как вам удалось добиться столь удивительного прогресса в чрезвычайно короткий срок? И пришлось ли вам укреплять для этого веру в себя, или же вы изначально были достаточно целеустремлённы и самоуверенны?
Наконец-то хоть кто-то оценил её искренние старания во благо футбольной команды по достоинству. Жаль, что затуманенные пьянящим наслаждением извилины затормозили адекватные реакции и утратили способность выдавать внятную членораздельную речь.
- Ну же, отвечай, шеф, - одними губами приказал Стас, не сводя с девушки озорно прищуренных глаз.
Мужчина одарил Леру дьявольской улыбкой, в то время как его пальцы ускорили темп, толкаясь сильнее и быстрее и подводя её к краю пропасти.
- Ммм...мерзавец, - гневно промычала девушка, рефлекторно выгибая бёдра навстречу порочному блаженству и втайне изнывая от непреодолимой тяги к получению вожделенной разрядки.
Репортёры дружно уставились на Леру в ожидании её ответа, и Стас, сжалившись над разгорячённой наставницей, выделил ей недолгую передышку и замедлил настойчивый ритм.
- Уверенность в себе и... своей команде, - отозвалась девушка сквозь прерывистое дыхание, - И есть... Основной инструмент... прогресса... Если ты заранее... не предвкушаешь вкус успеха...то настраиваешься на провал... и упускаешь лучшие возможности... для его достижения...
- А я давно предвкушаю твой вкус, - чуть слышно добавил Стас, выводя причудливые сенсуальные рисунки в сакральных стенках её глубинного экстаза, - терпкий. Пряный. Пикантный. Крышесносный.
- Благодарим за выделенное для нас время, - отключая камеры, вежливо высказался один из журналистов, пока другие собирали вещи и выстраивались в ровную шеренгу перед дверьми, - Было славно пообщаться с вами.
- И вам спасибо за интервью. До новых встреч, - попрощался с гостями Арсений Петрович. Остальные последовали его примеру и, встав из-за стола, решительно направились к выходу.