- Хватит, парни, - гаркнул хранивший ледяное молчание Андрей, - Мы и без того отняли у ВВ много времени. Да и копаться в подробностях чужой личной жизни неправильно и некрасиво.
"Аквамаринцы" нехотя согласились с товарищем и перенесли допрос наставницы на неопределённый срок. Лера поблагодарила сурового спасителя коротким взмахом головы. Какой же, оказывается, крайний полузащитник загадочный человек: то мечет гром и молнии во всех без разбора, то неожиданно перевоплощается в непоколебимого борца за справедливость и право неприкосновенности частной жизни. У его агрессивно-неуправляемой личности нет чётких границ. Или же занятия по рисованию по-настоящему стали исцелением его израненной ошибками и потерями прошлого натуры.
Прервав душевные беседы сокомандников, рискующие перейти в стадию тёплых дружеских посиделок до утра, девушка ненавязчиво выпроводила посторонних и наконец приступила к индивидуальному занятию с Кириллом Гордеевым. Поскольку основной слабостью игрока на поле до сих пор являлась способность растеряться при нестандартном ходе игры, она намеренно ставила перед ним задачи с последующим повышением сложности, сопровождая стадии преодоления созданием максимально дискомфортной атмосферы ради воплощения реалистичности экстраординарных ситуаций, которые зачастую возникают на протяжении матча. При этом, как подметила Лера, мужчина неоднократно проявлял нерешительность, зажатость, смятение и беспокойство. Чтобы вселить в подопечного уверенность в собственных силах, девушка заставляла его проживать один и тот же момент снова и снова, каждый раз указывая и подробно разбирая совершённые "аквамаринцем" ошибки, а также помогая ему отыскать наиболее оптимальный вариант их коррекции.
Почти полностью удовлетворившись достигнутыми за прошедший день результатами, Лера набрала себе горячую ванну и наполнила её мерцающей пеной с бодрящим ароматом цитрусов. Но не успела она с расслабленным вздохом ступить в манящую воду, как безмятежную тишину братского дуплекса нарушил визгливый звонок домофона.
- И кому там не сидится на ночь глядя? - проворчала девушка, поправив оливковую пижаму с шортами, украшенную крупными горошинами и милыми мордашками белых зайцев.
Нажав на кнопку приёма, она тут же услышала усталое сипение и взволнованный голос Арсения Петровича:
- Открывайте, Валерия Вадимовна, это очень срочно!
Лера послушно отворила входные ворота и поспешно пропустила в гостиную запыхавшегося гостя, мёртвой хваткой вцепившегося в чёрный старомодный кейс:
- Что стряслось? Какие-то проблемы у Миши? Состояние его ноги ухудшилось?
- Нет, это не связано с Михаилом Вадимовичем.
- Тогда в чём дело? - в некоторой степени облегчённо проговорила девушка. Здоровье старшего брата волновало её больше всего.
С шумом плюхнувшись на сидение дивана и щёлкнув замком кейса, Арсений Петрович вытащил свежий выпуск газеты, который должен был появиться в продаже лишь с наступлением следующего утра.
- Полюбуйся на вопиющее безобразие! - швырнув прямоугольный клочок бумаги на журнальный столик, скомандовал помощник.
Лера осторожно взяла в руки газету и развернула её. На первой странице красовался огромный снимок с Лукьяновым, держащим девушку в жарких объятиях. Точнее, так могло показаться стороннему наблюдателю, который находился не в курсе последних и, что важнее, правдивых событий. Над фотографией, скорее всего, сделанной в парке во время утренней пробежки, огромный жирный шрифт буквально кричал о тайном романе с щепоткой шпионских страстей. Бегло пробежавшись глазами по строкам прилагавшейся внизу статьи, в которой Леру подозревали в сговоре с соперничающим тренером ради наживы и личной выгоды, главная героиня свежей сводки едва не выругалась матом.
- Что за подстава? Как они смеют? У меня нет слов! - возмутилась девушка. Наверняка не сумев всунуть Лере толстый конверт с особо крупной взяткой, мерзавец решил скомпрометировать её и без того неустойчивый и сомнительный статус.
- Повезло, что я случайно выловил пробный номер благодаря старым знакомым из издательства, - разъяснил мужчина, - Пока не паникуй, я уже обзвонил нужных людей, они постараются договориться с руководством газеты и изъять материал перед финальной печатью. Но, если владельцев и редакторов не удастся уломать, тогда тебе придётся туго. Ты сама знаешь, что Удальцов защищает тебя перед остальными только из уважения к брату. Твоя позиция висит на волоске. Если кто-то из начальства пронюхает о новостях раньше, чем мы успеем исправить положение, тебе не удастся удержаться на нынешнем посту.