Труп своего несчастного руководителя они завернули в свои передники и снесли его в храм. Только Соломон и двадцать семь мастеров тайно, при троекратном возжжении огня, хоронили под алтарем храма Великого Мастера. Девять мастеров, откопавшие на холме труп, были особо отмечены Соломоном: он пожаловал каждому серебряный череп как знак отличия и доказательство невиновности. В полночь, в час нечистой силы, он повесил на шею каждого этот знак отличия на черной ленте с тремя белыми прожилками. Кроме того, он дал им право свободного доступа к своей особе, снабдив их колокольчиками. Это возбудило зависть остальных восемнадцати, и они потребовали уравнять их в почестях с девятью первыми. Соломон согласился, а втайне дал девятерым еще одни преимущества: дал по кинжалу на повязке через плечо и для отмщения за смерть Адонирама, и для собственной защиты.
Со дня похорон Адонирама Соломона преследовали ужас и страх. Он восседал на троне из золота и слоновой кости и заклинал силы «мировой души» оказать ему пощаду и милость. Но нет пощады ему и величию созданного трона, желание быть другом и врагом одновременно несовместимо. Гибель грозит ему и еврейскому государству от мельчайшего насекомого — древесного клеща, и клещ этот, терпеливый и упорный, в течение двухсот двадцати четырех лет с момента знака свыше будет точить трон еврейского государства, под которым, кажется, гнется вся земля, рухнет наконец с грохотом, наведя ужас и трепет на Вселенную.
С тех пор ползет из Иерусалима змий, совершая путь к? мировому владычеству, совершая по земле полный круг. Проползая по горам, он превращает их в голую пустыню, выискивая клеща-древоточца. Через три тысячи лет он сделает полный круг и возьмет кончик хвоста в свой рот, и круг замкнется.
Успеет ли он совершить этот круг, или знак свыше уже раздался, неся змию гибель…
Об этом сказано в древних книгах ариев, след которых потерян во времени…
1 — 4
Был сносный день без особых затруднений. Президент, выкроив десяток минут, дочитал подборку материалов, сделанных Судских, и выбрался в Ясенево. Едва кортеж президента миновал Спасские ворота, на столе Судских ревниво заверещал телефон. Именно — ревниво: прямая связь с председателем Управления разведок Воливачом.
— Друг ситный, что за игры за моей спиной?
— Какие игры, Виктор Вилорович? — выгадывал время Судских, хотя прекрасно понимал, чего вдруг суетится Воливач.
— Закулисные, Игорь, и ты дурочку не ломай, не люблю этого, ты меня знаешь, — пожестче отрезюмировал Воливач.
— Виктор Вилорович, вы сами одобрили мой план поиска, и если президент решил посетить ваше, — подчеркнул он, — подведомственное учреждение, это его личная прихоть. Вы его знаете, любит все щупать своими руками. При чем тут игры?
— Сказал бы сразу: президент едет, — буркнул Воливач.
— Только что от вас узнал, — рассмеялся Судских.
— Ладно, не лови на слове. Скажи лучше, чем ты его так приворожил? — с малой ехидцей в голосе спрашивал Воливач.
«Много знать хочешь! — хмыкнул про себя Судских. — Этого я тебе не открою. Сам учил: помалкивай, пока не приспело время», — выработал линию разговора Судских, и ответ был вполне разумный.
Виктор Вилорович, вы, я думаю, не станете давать напрокат ключики от своей спальни даже президенту.
— Какие ключики? — выразил непонимание Воливач.
— Обычные. Ключи к дискетам, к сейфам и так далее. Именно это я объяснил президенту. А он порешил взглянуть, как это делается. Я бы поступил точно так же.
— Допустим, тут ты меня убедил. А за какие такие заслуги тебе генерал-лейтенанта дают?
— Вас спросить надо, — форменно удивился Судских. — Представления делаете вы.
— Уже нет, — открыто сожалел Воливач. — Твое Управление выделяется в самостоятельную структуру: Управление стратегических исследований при президенте Российской Федерации.
— Вот и ответ нашелся, Виктор Вилорович. Я не виноват.
— Не виню, — попыхтел в трубку Воливач. — А контору твою жаль. Столько средств ухлопано, техника у тебя какая, штаты, мобильность! Ладно, царуй, — закончил он разговор. Разведка боем ничего не дала: Судских оставался достойным учеником.
Вовсю на пульте мелькали красные лампочки экстренных вызовов, всем было дело до визита главы страны. Судских связался только с дежурным: