Так сказавши, он велел князю Василию глаза выколоть и отпустить восвояси.
На обратном пути в Москву у реки Болярки повстречался его печальному отряду волхв Знахарий, который облегчил страдания князя и обещал научить его видеть во тьме не хуже зрячего. Князь поверил и захватил с собой волхва и близких его. Только старая женщина, жившая в лесу, отказалась ехать. Князю доложили, и спросил он ее о своем решении, почему не хочет она землянку лесную сменить на град Московский?
«Хочу толковать с тобой наедине, — ответила она. — Я сама умею волхвовать и многое тебе готова поведать. Очень скоро возвысится тьма над светом, и ты причиной тому станешь, а тот, кто увлек тебя в тенета тьмы, будет властвовать во тьме и не пускать свет».
Князь Василий, которому полегчало от снадобий знахарских, подивился тому и спросил: «Не сын ли твой волхв, который обещал научить меня видеть во тьме? Зачем ты на него напраслину наводишь и чем он тебе не мил?» Она ответила: «Нет, он пришлый человек из далекой страны, силой взял мою дочь, у меня выведал тайны волхвования жизни земной и лечение хвори, а меня ослепил. Он княжеских кровей, но княжение его — зло, и быть твоему княжеству во тьме и крови 555 лет, пока не придет истинный поводырь. Будут победы и напрасные, будет горе и ненужное».
Так сказала она, и князь Василий рассмеялся: «Долгую жизнь сулишь ты моему роду, а горе мы переживем!»
По прибытии в Москву научил Знахарий князя свободно передвигаться незрячим, а князь крестил его, дав имя Сергия, племянницу свою за него отдал, держал при себе, возвысив до первых помощников. Тогда возмутились другие, благородных кровей, и повелел Василий, прозванный Темным, чинить верным людям сан особый по наущению Сергия — болярский, коли встренулись они на речке Болярке, сулившей, как говорил Сергий, удачу немалую.
За один поход Василий Темный сломил гордыню Великого Новгорода, казнил обидчика Шемяку и повелел после того называть себя Великим князем Всея Руси.
Перед казнью он ослепил Дмитрия Шемяку и спросил: «И как тебе теперь в темноте?» Ответил Шемяка гордо: «Плохо, но не от тьмы, только боль слепит. Так и вотчина, тобой созданная, будет корчиться в слепоте, отчего не пробиться ей к свету. И будь ты проклят во веки вечные за то, что спокойную тьму возвысил над яростным светом!»
После такого проклятия Василий Темный правил еще шестнадцать лет, а в княжестве налаживалось успокоение.
И сын его, Иван Васильевич Третий, правил тихо и смирно, даже битва великая, как предвещалось, не была: в лета 6988 (1480) дружины Василия Третьего подошли к Угре, встретились там с казацкой Ордой, простояли друг против друга до белых мух и разошлись восвояси, долгим оказалось стояние, только не отважились ордынцы нападать первыми, а князь Иван сказал: «Лучше худой мир, чем добрая ссора». Покорились ему безропотно ближние ордынцы, Тверь и Вятка, Пермь и Новгород. В землях этих князья не почитали более воеводские привилегии, а боярские, когда отвечать не за что, а судить от имени Великого князя сподручно по «Судебнику», который издал отец Ивана Василий Третий. От княжения такого простому люду становилось горше и горше, да еще поповская власть стакнулась с боярской и давила народ двойным спудом. Одной рукой запугивали попы властью великого князя Московского, другой — властью божьей на небе, и негде стало искать им защиты…
Было затишье на Руси, и казалось, оно пришло перед великой бурей. Некогда славные роды русичей затмевались, а бывшие холопы Шуйские (бояре Хуйские) возвеличивались. Нарастало теснение между русичами истинными и пришлыми, который был народом с далей, нагл, пронырлив и безжалостен к русским святыням.
Когда Иван Васильевич был венчан на великое княжество уже не князем, а Государем в лета 7055 (1547) года, при малолетстве его управляла державой Рада, где сплошь занимали посты государевы Захарьины, Романовы и Шуйские., От имени «Государя Всея Руси» издавались указы, и сами они чрез многочисленную родню свою те указы чинили. Народ роптал сильно и много бежал в казацкую Орду, укрепляя ненавистью своей казацкую вольницу. В лета 7060 (1552) года уговорили Государя раз навсегда покорить Казань, последнюю столицу казацкую, чтобы навсегда лишить казаков оседлости, чтобы распылились они по весям, а городов не имели, чтобы не прельщались холопы их свободой.