— Тебе нравится? Ты уже не хочешь наружу? — заглядывал ему в глаза Кронид.
— Нет, — отдышался Оками, — очень хорошо.
Он с вожделением вдыхал хвойный запах. Сырость и затхлость исчезли. Кронид заботливо уложил его на ложе из лапника.
Кронид не стал докучать разговорами и выбрался наружу. В темноте под моросящим дождем было тоскливо и одиноко. Он машинально потрогал ладанку на груди, едва вспомнил Пармена. Без него сейчас он совсем расклеился после напряженной и неуютной ночи с больным товарищем. Только эта ладанка и маленький фонарик остались в память о старике, ничего больше он не взял. Сжималось сердце, а глаза хотели различить сквозь плотный и влажный полог ночи милый сердцу Орион.
«Сейчас бы мы пили чай и слушали удивительные истории дедушки», — размышлял он под шорох мороси и гнетущую тишину.
Постепенно он отключился от окружающего, вспоминая Пармена. Интересно: он никогда не повторялся, и каждая история была рецептом врачевания. В дальнейшем Кронид научился без подсказок расшифровывать притчи Пармена, но он всегда помогал ему находить главное. Как раз такая припомнилась ему:
«Молодая женщина страстно хотела ребенка, однако год замужества не принес ей желанного. Однажды во сне к ней явился Будда и сказал: «Завтра в полдень ты пойдешь вдоль реки Хуанхэ босиком до пагоды Хэ Ши и вознесешь мне благодарение. В дороге ты найдешь драгоценность, которая украсит твою жизнь». Она проснулась радостная — еще бы, сам Будда привиделся ей! — и едва дождалась полдня чтобы исполнить повеление божества. На полпути к пагоде что-то блеснуло в пыли. Она радостно вскрикнула, резко нагнулась и… подняла осколок стекла, который приняла за драгоценность. Ее охватило разочарование, но она добралась до пагоды и вознесла благодарение Будде. Через девять месяцев она, как положено, родила ребенка, приятного мальчика со светлым, как у Будды, лицом».
— А теперь, внучек, попробуй расшифровать притчу, чтобы найти рецепт лечения.
— Я не смогу, — откровенно ответил Кронид.
— И правильно, — похвалил его Пармен. — Это лжецы, выдающие себя за чародеев, приписывают себе сверхъестественные качества, а ты должен знать элементарные законы, которые позволят тебе управлять своим и чужим телом. В притче про Будду нет ничего сверхъестественного, надо только знать особенности. А они таковы: Будда велел идти женщине в полдень, когда солнце в зените, то есть очень жарко, босиком вдоль реки Хуанхэ. Это река, которая выносит на берег при разливе много лёсса, и лежит он высотой до полуметра. Вот тебе первое условие задачи: бесплодным женщинам делают грязевые ванны и прогревают в первую очередь ноги для восстановления подачи крови. Дальше: женщина проснулась радостная?
— Я думаю, да, — кивнул Кронид. — Увидеть во сне божество — очень приятно.
— Верно. А радостное ощущение — это приток адреналина в кровь?
— Так, дедушка Пармен, вы учили. А холестерин от плохого настроения, — прилежно ответил Кронид.
Умница, внучек. Таким образом, женщина шла, принимая грязевые ванны, притом сухие, в радостном расположении духа и…
— Нашла кусочек стекла, — подсказал Кронид.
— Это так, но резко нагибалась она за драгоценным камнем и, только подняв его, обнаружила стекло. Что произошло? Вспомни, как надо обработать позвоночник для притока крови в ноги?
— Нужно распустить четвертый и пятый позвонки, про-массажировать их и поставить на место. Я понял, дедушка! — воскликнул Кронид.
— Когда она резко нагнулась, позвонки разошлись, а когда выпрямилась, они встали на место.
— Правильно, Кронидушка! Но не упустил ли ты чего?
Кронид задумался и стал вслух восстанавливать притчу:
— Она была радостной, пока не наткнулась на осколок стекла… — Его лицо озарилось. — Дедушка, когда женщина нагнулась, к позвоночнику пришла обогащенная кровь, а когда выпрямилась, к нему не попала кровь с холестерином.
— Вот и весь рецепт, — удовлетворенно развел руки Пармен. — Функция деторождения восстановилась! Ноги прогрели, кровь обогатили, позвоночник поправили…
Так просто и понятно трактовался древний рецепт китайского целителя. Пармен знал их великое множество, почерпнув из древних книг. Знал секреты массажа, трав, гимнастики. Он передавал их Крониду ежедневно и всегда заставлял думать, убирать мистику, оставляя, как облупленное яйцо, только суть рецепта.
— Дедушка, — спросил как-то Кронид, — а зачем нужно облекать рецепт в притчу?
— Кронидушка, это сделано для того, чтобы не все подряд владели ими. Злые люди могут использовать способы врачевания в корыстных целях, а врачеванием должны заниматься добрые руки. Основное правило помнишь? — спросил Пармен.