— Вот бы не подумал! — развел руками Геннадий.
— Гаков анализ, — с улыбкой пожал плечами Судских. — А вообще в стране утвердилось мнение, что за лысым главой государства приходит на смену волосатый, за волосатым — лысый. Один из моих мозговиков-нрограммистов, Гриша Лаптев, высчитал, что нарушение этой закономерности дает России абсолютно другой путь развития, тем более женщина. Только пробиться Старовойтовой к власти не дадут. Стишком хороша во всех отношениях, эдакая Галина Великая. С ней разберутся круче и загодя, нежели с прямолинейным генералом Лебедем. Для господина Шина Старовойтова очень опасный конкурент.
Игорь Петрович, — дождался своей очереди Гена Крокодил, — допустим, я целиком с вами согласен, не буду строить из себя патриота, но кто правит, мне далеко не безразлично. Мафиози — не вор в законе, ему наше братство целиком противно. Кого-кого, а нас изведут быстро. Да, я вор в законе, мой промысел криминален, но любой из наших олигархов еще больший вор, только без- законник. Как помочь Старовойтовой?
— Сложный вопрос, помедлил Судских, разглядывая лицо хозяина. Для себя он еще не сделал вывода, какова доля искренности в словах его нового опекуна. Что ж... Если человек предлагает помощь, можно и принять ее. — Средства нужны. Чтобы Старовойтовой развернуть предвыборную кампанию, потребуются миллионы. Ни у какой из ныне здравствующих политико-финансовых группировок она не возьмет, захочет остаться независимой от обязательств еще до воцарения на Олимпе власти. А даром денег никто не дает. Кто платит, тот заказывает музыку. Таков закон этого грязного жанра.
Допустим, я помогу? Безвозмездно?
У вас таких денег нет, — усмехнулся Судских.
— А если я найду кардан с ворованными деньгами? Поймите правильно, Игорь Петрович, если отнять такие и отдать хорошему человеку, — это не воровство, а грамотное перераспределение средств.
— Старовойтова этих денег не возьмет, — отчеканил Судских.
— Ладно, оставим Старовойтову, я готов помочь Лебедю, Явлинскому, кому угодно, лишь бы помешать мафиози Шину. Есть такой общак у мафиози?
— И не один. — Судских стала ясна позиция Крокодила. Он, кстати, не упрятывал ее в красивые обертки слова, а высказал ее откровенно: мафия уберет сразу со своего пути устойчивую криминальную структуру воров в законе, чтобы насади ть свою. — Был резервный фонд у партийцев, по нынешняя камарилья порядком растащила его уже ко второму путчу. Тогда они создали ряд структур, откуда черпают средства па прожиточный минимум. Папаша Мастачный, убежденный сторонник коммунистов, брал, кстати, из фирмы сына. Не но собственному разумению, а по велению свыше. Младший Мастачный, неглупый человек, закрывал глаза па перекачку средств в партийную кормушку, его вполне устраивает охрана его точек работниками милиции. Расчет налицо: президентская команда идее не служила и общаКов не заводила, кроме собственных карданов. Но господин Шин про общак думал и создал его — это система думских поборов. К примеру, чтобы не проходил закон о госмонОиолии на алкогольные напитки. Сбивалась команда из думских, каждый получал мзду за блокировку закона, а мафиози Шин хорошенько обирал бутлегеров. Такая операция повторялась регулярно по команде сверху от Шина. Буглсгсры не сопротивлялись: лучше отдать десятую часть доходов, чтобы не потерять постоянный навар.
— Вся эта Дума прибежище проституток всех мастей, — поддакнул Крокодил. — Ни одной приличной физиономии, за редчайшим исключением! На чертовой сковородке они будут отменным гарниром к нашему парню-полудурку. Предложи мне кто избираться, посчитаю за оскорбление.
— Не зарекайтесь, Геннадий Глебович, — мягкой улыбкой остановил его Судских. — От сумы да от Думы не зарекайся. А вот противодействие вхождению вашего брата во власть сложилось устойчивое. Пример Копяхина и Клементьева. Я думаю, это последний рубеж, который стремится захватит ь рыжая команда. И тогда из России можно вить веревки на любой вкус.
— - Да только нас без хрена не возьмешь. — выказал характер Геннадий. — Только подскажите, Игорь Петрович, как правильно расположить силы?
Геннадий Глебович, это нечестно. >1 вам симпатизирую, но помогать криминальной среде никогда не буду, — откровенно сказал Судских.
Крокодил не смутился:
5 Зак. 3048
Я не хотел пас обидеть, извините... Вопрос ставится в иной плоскости. В вашей порядочности я не сомневался, но жизнь уродлива, и крупный бизнес везде развивался уродливо. (>т кистеня к москательной лавке, от ресторанчика к банку и далее к монополии. Я прошел этот путь и не хочу следовать им дальше. У меня учителей музыки не было, у моих родителей на многое не хватало денег, меня взрастила улица. Теперь я хочу с раскаянием вернуть долги. Если в глобальном смысле для этого надо выбивать почву из-под ног у 'фи!(ансовой олигархии, ближе к нам — не дать править страной мафии. Если вы такой порядочный — что же вы не Tio можете Старовойтовой с финансами? У вас их нет? У меня тоже. Я и предлагаю выпотрошить богатенького мафиозного буратипо. Подскажите, отмаливать грехи мне.
— Воспит ывать не стану и в церковь ходить не обяжу, — дождался конца монолога Судских. — Слушайте, Геннадий Глебович, а как вы к Лебедю относитесь?
— С налету не ответишь, — был вполне доволен переменой темы Крокодил. — Пока он с генеральского коня вешал — понимал его. Честный, порядочный, прирожденный вояка, одним словом. Л без коня засуетился, может дров наломать. Я ведь понял вас, когда вы про ссылку его за Урал сказали. Пятый туз.
— Абсолютно верно, кивнул Судских. — Его постараются к президентским выборам утопить в болоте местных проблем. Зубов, прежний губернатор, оставил ему их вагон и маленькую тележку, и через полгода с ним, как с претендентом на пост главы, считаться не будут. По вот ведь какой резон есть, — рассуждал Судских, — Лебедю и
. Старовойтовой сам Бог велел объединиться, другой пары им обоим не подобрать. Оба принципиальны, не терпят подковровых игр, один дополняет другого, их союз запросто не разрушить. А красноярским врачам и учителям деньги мафии пахнуть не будут. Резонно?
— Слежу внимательно за ходом вашей мысли, — не спешил соглашаться Крокодил. Торг есть торг.
— Я готов подсказать, у кого взять средства, чтобы красноярцы не подняли бунт против своего губернатора и своими руками не свершили задумку господина Шипа. Для начала мне надо связаться с Гришей Лаптевым...
«Уже тепло», — незаметно перевел дыхание Геннадий.
— Это не проблема, — ответил он. — Скажите - когда, сразу привезут, куда скажете. Секретничайте на здоровье.
— Побеседуем, — согласился Судских.
— А как пожелает получить господин Лебедь? Кэшем?
— Сомневаюсь. Может в морду дать, на расправу скор. Сделаем цивилизованно. После моей беседы с Лаптевым получите список трех тысяч предприятий, где в учредителях члены «рыжей команды». Ежемесячно они имеют до трехсот тысяч долларов.
— Размашисто живуг! — хлопнул в ладоши Геннадий. Догадывался, но не ведал.
— Па одну зарплату олигархом не станешь, резюмировал Судских и продолжил: — Затем, Геннадий Глебович, помогите создать фонд помоши красноярцам, и люди вполне легально получат из него свое кровное. Промежуточные стадии проекта я опускаю, проценты от сделки назначайте себе сами. Поможете без вины виноватым — поговорим о более весомых делах.
Интересный момент истины предстал перед Геннадием: то ли он очко у Судских выиграл, то ли Судских переиграл его, навязав отработку? Собирался он получить ключик от ларчика без особых усилий, ценой бесценной вежливости, а получил пустую шкатулку, которую ему подсунули наполнить.
— Игорь Петрович, — проклюнулась натура Гены Крокодила, — а не грех ли это, стакнуться с вором? Не примите с осуждением. Я так...