И вот что теперь Волк будет думать о ней?
Вряд ли что-то хорошее.
24
Этой ночью Анне спалось непросто - она долго не могла уснуть, все время ворочалась, а, погрузившись в похожее на бред состояние, то и дело пробуждалась от томительных ощущений в душе и теле.
Разбуженная женственность и чувственность требовательно привлекали к себе внимание и жаждали успокоения. Это смущало молодую женщину, заставляло дрожать, как от озноба, и ворочаться на неудобном и ставшем неожиданно просторном и пустом ложе. Может, будь Хорхи сегодня с ней, француженке было бы проще, но сегодня ночью девочка спала с другими детьми в общем шатре - большом и просторном, под бдительным надзором нескольких индеанок-вдов.
Анна едва дождалась утра, которое встретило поселение лакота не только сильным морозом, но и инеем на земле. Твердая почва и трава захрустели под ногами девушки, когда она, зевая и разминая тяжелые мышцы, выбралась наружу. А неожиданно яркое, почти белое небо заставило ее поежиться и на секунду-другую зажмуриться.
Деревня уже проснулась, и ее жители сонно и неторопливо принимались за насущные дела. Анна встала довольно поздно, но никто и не подумал сделать ей замечание или же посмотреть как-то неодобрительно. И француженка со спокойной душой занялась приготовлением завтрака.
Вчера ее одежда сильно испачкалась, и поэтому пришлось ее постирать. Высохнуть за одну холодную ночь она, разумеется, не успела, поэтому пришлось девушке одеться в индийский наряд, добавив к замшевой куртке и шали еще и шубку, так вовремя подаренной одним из индейцев. В ней, а еще в высоких и больших индейских сапожках было вполне себе тепло и уютно, но Анна все равно чувствовала себя неудобно и неловко.
Однако потом работа захватила ее. А благодаря поднимающемуся солнцу стало теплей. Девушка смогла скинуть шубу, а за уборкой и беготней на родник за водой и вовсе сопрела и раскраснелась. Для начала ей надо было проверить раненых и при необходимости сменить тем повязки. А потом по плану у нее был урок, который она не собиралась отменять. И так вчера из-за нападения ирокезов они не смогли провести занятие. А она считала, что системность и дисциплина как никогда нужна была в такой непростой период жизни. И ей, возможно, даже больше, чем детям.
Француженка сидела около костровища и сосредоточенно раскладывала по кучкам небольшие камешки и длинные и короткие палочки. Сегодня она хотела посвятить время урока арифметике. А за неимением счетов решила использовать вот такие незамысловатые предметы.
За этим делом ее и застал вождь лакоты, которого она, между прочим, не видела со вчерашнего дня. Во время обхода раненых она приходила и к его вигваму, но, к удивлению молодой женщины, индейца внутри не оказалось. На расспросы, куда подевался вождь, его соплеменники лишь рассеянно и равнодушно пожимали плечами.
Однако, поглядев на мужчину, Анна увидела свежую ткань на его ране и это успокоило ее. Уверенность и стать вернулись к нему, и он выглядел вполне себе здоровым.
- Вождь, - она почтительно кивнула.
Вчерашнее воспоминание неприятно укололо ее, но девушка загнала его глубоко внутрь. Сейчас они были снаружи, а не в тесном вигваме, над ними светило солнце, а вокруг была уйма народу. Не время и не место было поддаваться эмоциям в данный момент. И Анна налепила на лицо маску привычного к светской игре человека и выжидающе наклонила голову слегка набок. Будто и не случилось ничего накануне.
- Пойдем, Омана, - вместо приветствия проговорил Волк строго, протянув руку.
Прошло то время, когда подобное предложение могло испугать или смутить бы ее. Они уже много раз с вождем лакоты путешествовали, изучая окружающую их местность. Хотя, разумеется, это Анна изучала, а Волк лишь с добросовестностью радушного хозяина показывал красоты и богатства вверенной ему земли.
И обычно индеец никогда не говорил, в какое место они направятся на этот раз. Поэтому вместо логичного вопроса, куда они поедут сейчас, Анна просто вздохнула и послушно поднялась на ноги. И только немного недовольно поджала губы и глянула в сторону полянки, на которой женщины и индейские ребятишки раскладывали для просушки собранный сегодня последний картофель и редис. И тихонько проговорила:
- Дети снова пропустят урок.
- Ничего страшного, - потянув за собой стоявшую позади него небольшую лошадку, Волк подступил к ней, - У тебя вся зима впереди, чтобы учить их.