— Очень просто. Сказала, что ты переправил крупные деньги за рубеж и помощников ждет солидное вознаграждение. Я неплохо изучила Светку и о жадности ее дружка наслышана.
Мысленно он похвалил ее, а вслух произнес:
— Тебе тоже нельзя здесь оставаться.
— Не переживай, — отвечала она, пытливо вглядываясь в лицо своего любовника. Не прост он, подсказывал инстинкт. Чем-то насторожил… — Я уеду к подруге.
— Только не к Натке Севеж.
— Не глупая. И мы с ней уже раздружились.
— Похвально. А как я тебя найду? — и смягчился: — Мы стали одним целым, ты все обо мне знаешь… Несчастный я.
Вид униженного близкого мужчины подвигает женщину стать его защитой, чего бы это ни стоило. Инстинкт, сомнения уходят.
— Я знаю это, Денис, и не брошу тебя в беде, никогда тебя не брошу… Я позвоню вечером, как только переберусь.
Он спокойно привел себя в порядок, приготовил темные очки, проверил пистолет под мышкой, взял ключи от машины.
Уже надев очки, он поцеловал Чару. Все. Прежний Денис убыл.
Доехав без приключений, он нажал кнопку звонка квартиры, в которую столько раз до этого мог бы попасть. За дверью его ждали. Улучив момент, Светлана сообщила, что олух царя небесного последних новостей не слышал и несказанно рад такому знакомству, когда вообще можно дать по боку остальным помощникам. Денис Анатольевич моментально стал таинственным и важным, прежним властительным генералом, но главное, чего Светлана и ее дружок не увидели в нем, занятые свалившейся прибылью, — он стал хозяином положения.
«Факир на час», — защемило под ложечкой у Шумайло, когда ему весело сообщили, что сами они уже готовы к отъезду и завтра вылетают в Бельгию. Это снова смешивало все карты Шумайло.
— Да вам-то это без проблем, — набивался на короткую ногу в отношениях Мотвийчук. Он выглядел полностью счастливым, каким бывает только полный дурак.
— Верно, — кивнул Шумайло, не выдав собственной тревоги. — Крещеный? — спросил он, кивнув на цепочку под майкой Мотвийчука. Тот переглянулся с подругой, и оба расхохотались.
— Знаем, не проболтаемся! — ответил Сонечка, показывая ключик на шее.
От прилива крови у Дениса Анатольевича зачесались ладони: ему ли не знать, что открывают такими ключиками в глубине швейцарских подземелий! Года четыре назад, когда испуганные нувориши спешили прочь из бунтарской России, многие имели подобные ключики, открывающие тайны. Прикасался к ним и Денис Анатольевич по долгу службы. Делился тайнами с другими, часть доставалась ему. Славное было время для полковника Шумайло.
Он с удовольствием рассмеялся вместе с ними.
— Надо бы как-то отметить наше знакомство и завтрашний отъезд, — живо предложил Денис Анатольевич.
— Джин, виски, шампанское? — откликнулся Сонечка. Ему понравилось быть радушным. Такой человек спасет его от нахлебников, Викуна с Назаром, еще и сам предлагает заработать!
— Ни то, ни другое, ни третье, — отказался Шумайло. — Мой юный друг, окажите любезность: в Елисеевском есть бурбон. Я пью только это виски.
— Ништяк, — оценил постоянство Сонечка и засобирался в магазин. От денег Шумайло он отказался: — Обижаете…
Светлана закрыла за ним дверь и вернулась с видом профессионального банкомета. Пора как-то выяснить присутствие этого опального генерала. Есть кое-какие сомнения…
— Ну-с, Денис Анатольевич, какие раскладки?
— А какие могут быть раскладки? — даже не потрудился улыбнуться Шумайло.
Преображение в нем Светлана осознала мгновенно и побелела.
— Чего вы хотите? — непослушным языком спросила она.
— От вас ничего, кроме послушания.
Он встал, поднял Светлану, грубо зацепив пальцем рукав халатика, и, подталкивая впереди себя, привел в ванную комнату.
До хлопка выстрела она еще жила надеждой, что все обойдется, этот маньяк изнасилует ее, и только, а с утра начнется чистая жизнь, она даже не оглянулась, ожидая, когда этот мерзкий тип заголит ей задницу.
Через край ванны она перевалилась уже в другом мире.
Денис Анатольевич вымыл руки и вернулся на прежнее место, дожидаться ключика.
Мотвийчук открыл двери своим ключом и позвал из прихожей:
— Светик, а кто у нас просил мороженого? А кому принесли «Четыре розы»?
Не встреченный, он вошел в гостиную. Хоть и беспечный балбес, а смену поведения гостя уловил: лицом к нему в кресле сидел хозяин положения.
— Где Светлана? что?
— Так надо. Жить хочешь?
— Хочу! — жмурился от хлынувших слез Сонечка.
— Тогда выкладывай, кто еще знает о вашем отъезде?