Жизнь вдалеке, в небольшой деревушке, которая состояла из десяти человек, и где главным стал Убэр, должна была осчастливить Мэри-Эн. Ведь это она мечтала о маленьком Рае, где люди будут свободны. Так, посещая церковь и приглашая к себе нуждающихся на ужин, они нашли единомышленников и повели их за собой.
Спустя месяцы скитаний, разногласий и внезапных смертей, Убэр с Мэри-Эн нашли подходящую бухту, где притаились среди скал не только старые лодки, но и полуразваленные дома и храм. Это был знак свыше. Боги услышали молитвы просящих. Теперь эти люди обрели новый дом, который надежно скрывал их от посторонних. Храм был восстановлен, дома наполнились людьми. Мир, о котором Мэри-Эн так мечтала, стал настоящим. Это был своего рода Рай на земле: без сражений, дани и правителей.
Солнце медленно поднималось над уровнем моря. Убэр вышел из дома в поисках жены, чтобы проститься ненадолго. Она сидела с каменным лицом, увлеченная работой.
- Мне пора уходить в море, - грустно сказал он, боясь поймать ее взгляд, полный боли и разочарования.
Мэри-Эн сделала вид, что ничего не слышит, и продолжила плести рыболовные сети. Она была из тех женщин, которые всегда соглашались с мнением своего мужа, но выражала внутренний протест. Даже сейчас узлы у неё становились все туже, а руки немели от усердия. Работа и молитвы утешали, но не так сильно, как хотелось бы. На смену страданиям пришла злость, и Мэри-Эн тихо чертыхнулась.
- Перестань так издеваться над бедной сетью! Я же знаю тебя, говори, что не так! - требовал от неё Убэр, накрыв ее руки своей. Она вопросительно посмотрела.
- Ну-у! - не отступал муж.
- Может.., - нерешительно начала она, - Возьмёшь меня с собой?
- Ты что, морской воды напилась!? Или, может, на солнце перегрелась? - от неожиданности Убэр весь покрылся багровыми пятнами.
- Ну да, как сети плести, так я гожусь в подсобные, - огрызнулась жена, не придав значения его злости.
- Женщина на корабле к беде!
- Но ты не капитан, и корабля у тебя нет. А только старая рыбацкая лодка, - уточнила Мэри-Эн, словно влепив ему пощечину, принимаясь снова за работу.
- Даже на лодке женщине не бывать! - принял решение Убэр, надеясь, что разговор окончен.
- Значит, я для тебя беда? Ты так считаешь? - поставила его в тупик своим вопросом Мэри-Эн. Все силы разом покинули ее. Склонившись над сетью, она заплакала. Он не мог этого вынести.
- Не выдумывай, - вытирая ее слезы, сказал Убэр, но жене это не помогало. - Да черт с тобой, женщина, собирайся! - сдался он. Мэри-Эн крепко обняла его в ответ. В спорах с женой муж всегда проигрывал.
Умело воспользовавшись слабостью мужа, женщина побежала в дом. Собрав небольшой свёрток продуктов, она торопливо шла по песку в сторону рыбацкой лодки, где ее уже ждал муж.
Мэри-Эн не могла поверить своему счастью и, споткнувшись, ни капельки не расстроилась, хотя и слегка ударилась. Отряхивая песок, она заметила след. Присмотревшись, Мэри-Эн увидела дорожку из маленьких ножек, ведущих в сторону скал. Сердце ее сжалось, не раздумывая, она побежала: ведь только ребенок мог оставить такие следы.
Убэр ещё раз проверил снасти, окинул свою лодку свирепым взглядом и сел. Почему-то ему было неспокойно.
- Ну, и где она!? - ругался он, причитая как старый дед. Кроме песка и моря вокруг ничего не было видно. Так он ждал минут десять, злясь, а потом резко вскочил.
- Неужели на нас напали!? - страх медленно подбирался к его виску, заставляя пульсировать жилку. - Мэри-Эн раньше никогда не заставляла себя ждать. Значит, что-то случилось!
Крепко сжав нож, он отправился в сторону дома. На полпути он обнаружил сверток с продуктами.
- Проклятый прилив стер все следы! Мэри-Эн, где же ты? - пытаясь не впадать в панику, говорил он сам с собой, пока не увидел движение. Со стороны скал медленно проявлялся силуэт человека. Всмотревшись, Убэр узнал жену. Сердце радостно заколотилось. Спрятав нож, он несся к ней, словно они век не виделись, но Мэри-Эн была не одна. Улыбка с его лица стерлась в одно мгновение. Жена вся светилась от радости, неся на руках незнакомого ребенка.
- Боги услышали мои молитвы, - шепотом сказала она, - Я нашла эту девочку среди скал. Она перестала плакать, но все время молчит.