Глава 9. Васино ночное дежурство
Вот уже и февраль настал, и ветры подули, а я не готовлю историю в училище, а с радостью читаю русскую литературу по программе для поступающих в вузы, начиная со «Слова о полку Игореве»:
«На Дунае слышится голос Ярославны. На городской стене одинокой кукушкой рано утром кукует: «Полечу я кукушкой по Дунаю, омочу рукав в Каяле-реке, омою князю кровавые раны его…» (Пишу по памяти).
С детских лет у меня выработалась привычка отождествлять героев книг с реальными людьми. Нет, на этот раз не было никакого отождествления, но помимо моей воли оно всё-таки случилось.
Обычно раз в неделю, в девятом часу утра, муж возвращался с ночного дежурства в общежитии профтехучилища. Что-то на сей раз он задерживался, но я, по привычке, продолжала его ждать.
Вот звонок в дверь! Открываю, и с удивлением вижу не только мужа, но ещё двоих его сослуживцев. В чём дело? Что-то случилось? Я вижу бледного измученного Васю.
- Его избили, - поясняет Давид. «Какое унижение!» - мелькнуло в моей голове. Вася с трудом наклонился, чтобы снять обувь, и я стала ему помогать развязывать шнурки. Давид тут же начал руководить:
- Ну, ты что? Руки-ноги целы! – и мне: «Мы водили его на рентген – всё в порядке!»
- Давай сам раздевайся! – продолжал руководить Давид, и снова мне: «Он испугался, у него ушибы…»
Они ушли, Вася сделал несколько шагов и повалился на кровать. Я заметила вспухшую разбитую губу. Принесла воды. Он отдышался и начал рассказывать:
- Я, как обычно, приступил к дежурству в 8 вечера, и, как всегда, пришли наши мужики, чтобы помочь угомонить ребятню на ночь. Мы отправились по этажам, заглядывая во все комнаты: нет ли посторонних. В одной - шла ссора и драка, я вмешался и стал выпроваживать троих гостей. Мужики мне помогли, и я бегом спровадил хулиганов, но когда выбежал за ними на улицу, увидел только двоих. Это означало, что третий остался в общаге, и мне стало страшно, так как я понял, что в темноте он меня встретит и убьёт! Долго стоять на улице я не мог: было очень холодно… Я отворил дверь в тамбур, где он уже ждал и изо всей силы ударил меня в лицо. Я упал. Сильная боль в груди не давала подняться. Мужики меня нашли и положили на кушетку, вызвали милицию, а под утро повели в травмпункт, но всё оказалось в порядке. А боль от ушибов не проходит…
- Ну, ничего, отлежишься, и всё пройдёт, - сказала я с облегчением, так как Вася, всё рассказав, успокоился. После завтрака он продолжал лежать. Но долго лежать он тогда ещё не умел, и как ни уговаривала я его, на следующий же день решил размяться и вместе с тем помочь мне по хозяйству: протереть полы шваброй. В то время я находилась в острой стадии невроза, и не имела сил исполнять домашние дела.
- И всё-таки болит, дышать тяжело, но ничего, пройдёт, - уверял он себя, но передал мне швабру. Я видела и ощущала, как ему приятна моя помощь, моё сочувствие, и он, казалось, был счастлив, находясь в таком положении.
Глава 10. Вася летит в Иркутск, или Чудо двенадцатое
На следующий день Васю навестили две девушки с работы. От него я уже знала, что какая-то ему нравилась, но сейчас их было две, и какая из них – не понятно, да мне было всё равно. Они пощебетали, посочувствовали и ушли. Я бы не сказала, что эта встреча порадовала и оживила его: он и так оживал, но этого ему было мало. Вася решил принять участие в областных соревнованиях по баскетболу. Для этого надо лететь в Иркутск. Я попробовала вразумить его, что травма свежа, но он был уверен, что спорт, как всегда, пойдёт ему на пользу. Быстро засобирался и улетел на два-три дня.
Для меня Васин отъезд был в привычку, он уезжал даже тогда, когда я должна была родить первого ребёнка. Обидно было? Не очень, так как наше советское воспитание, да и сама жизнь проходили по правилу: «Надо? Значит, надо!» Это потом я научусь капризничать, а тогда была терпеливой и смиренной, да и то, смотря в чём. Знаю, что не мне гордиться терпением и смирением, но всё же!
Прошло два и три дня, а Васи нет. Вдруг раздался телефонный звонок в маминой квартире, и чужой далёкий мужской голос сообщил, что Вася вроде как болен, но несерьёзно, и приедет позже, а если что, напишет. Я успокоилась и перестала его ждать. С детьми мы каждый день ходили к маме, которая была рада пенсии, но продолжала шить на заказ, а нередко шила нам, то есть дочерям и внучкам. Наш маршрут по Сибирской я описывала прежде.