Но тут как тут начинаются дожди. Для меня с детьми это означало сидеть дома. Все прогулки отменяются. У меня не было ни плаща, ни зонта, и средств на их покупку тоже не было. В моду входили дорогие болоньевые плащи. Как же мне хотелось такой! Они были двух цветов: темно-коричневые и тёмно-синие. У Людмилы уже появился коричневый. Петриха приехала на каникулы в синем.
Помню, дождь шёл беспрестанно. Лорка сидела у нас до 12 ночи, но дождь не переставал. Она собралась домой, надела свой синий лёгкий плащик, взяла зонтик и, театрально вздохнув, улыбнулась, сказав на прощанье:
- Ну, если со мной что случится, прошу считать меня коммунистом!
Я рассмеялась и тоже вздохнула: нет у меня ни плаща, ни зонта, ни денег…
Тогда я любила читать Юле японские стихи в переводе Ирины Токмаковой:
В ближних горах раздаётся: «ку-ку»!
В дальних горах затихает: «ку-ку»…
Жалобно просит кукушка: «Ку-ку!
Дайте мне зонт для дождливых дней!
Дайте фонарь мне, ку-ку, ку-ку,
Дайте фонарь мне для тёмных ночей!»
В ближних горах раздаётся: «ку-ку»!
В дальних горах затихает: «ку-ку»…
Так я, сама того не понимая, начала превращаться в кукушку. Но кукушкой я всё-таки не стала, хотя предпосылки были, да и зонт я куплю только через два года, а плащ через три, и то отечественный и серый. Он был дешевле, а сине-коричневые оказались уже у всех и просто надоели.
Но дело было не только в плаще. Примерно тогда, когда мне приходилось безвылазно сидеть дома с детьми, Вася решил поделиться со мной своим «открытием»:
- Ты как-то подурнела. Похудела, что ли? Я вот стоял в очереди, а сзади меня какая-то молодуха прижималась грудями, и я ощущал их спиной сквозь одежду …
Васины слова оказались для меня настоящим ударом! Мои крылья будто сломались, моя голова поникла…
Я поняла, что он, Вася, меня предал, и пришла к выводу, что все мои трудности и лишения он не воспринимал. Я знала, что он меня любил, так что же теперь? Я столько раз прощала его! Но такую обиду простить невозможно… Я ещё докажу ему, как я «подурнела»! Он пожалеет о своих словах и даже о мыслях!
Глава 16. Сентябрь
Всё своё внимание я направила на детей, на их воспитание, но теперь ощутила себя одинокой. По выходным приходила Нелечка, и мы по очереди читали детские книжки любознательной Юле. Многие из них моя старшая уже хорошо знала, и я стала читать ей стихи по-другому - делая паузы на окончаниях строк, а моя умница сама говорила недостающее слово. Говорила робко и по-своему:
Жирафа тень бредет за (Васей) «Асей»,
А (Вася) «Ася» наш в десятом (классе) «касе».
Идёт он в школу на (уроки) «уоки» –
Тень занимает (полдороги) «полдоги».
Помнится, что наш Вася уехал на пару дней в колхоз на картошку, а Нелечка пригласила нас в свою усадьбу, где её мама научила меня делать зимнюю заготовку-заправку для супа. Дав мне большой пучок мелкой морковки и петрушки с луком, она показала, как всё измельчить и круто посолив, перемешать в стеклянной банке и убрать в холодильник, что я и сделала, но эта заготовка не дождалась зимы: мы съедим её осенью.
Затем Нелечка принесла интересную новость: в книжном магазине Правого берега продают хорошие уценённые книги, и она накупила себе целую библиотеку, в том числе по искусству. Дождавшись Васю с работы, я тоже поехала туда, но мне достались некоторые остатки. Так я приобрела альбом «Западно-Европейская скульптура», изданный в 1960 году за 2-30, то есть старыми деньгами, теперь заплатив всего 23 копейки.
Стоял сентябрь, тёплый солнечный день. Детей я одела тепло – всё-таки уже осень. Подъехав с коляской к дому, заметила, что на Танюшкином личике выступил пот, я развязала ей шапочку, совсем забыв, что мы живём «на семи ветрах».
Утром мой маленький ребёнок уже кашлял и даже температурил! Я так расстроилась, так перепугалась! Юленька заболела в год, а Танюшке ещё нет и пяти месяцев! Что же делать? Вызвала врача, и был диагноз – ангина. А тут и Юля захандрила! Тепла ещё не дали, я начала Юлю кутать, даже бурки ей надела. И хотя врач сделала мне замечание: «не надо кутать детей» - я не послушалась. Сама знаю! Детям необходимо тепло!
Лечение ангины было непростым. Я и таблетки давала, и горло мазала – как прописала врач. Воспаление прошло, но грубый кашель почему-то остался. Теперь я знаю, что Таня родилась под знаком Тельца, а его уязвимое место – горло.