Глава 1. Беспокойная жизнь
В жизни моих сестёр был момент возможного воссоединения с отцом. Мама с дочерьми должна была по договорённости с мужем приехать жить в Иркутск. В родительском доме Лазаря нашлась комната для его семьи. Но в этот момент его сестра не то овдовела где-то в Средней Азии, не то разошлась с мужем и вернулась в Иркутск без денежных средств, но с ребёнком на руках. Конечно же, мать встала на защиту дочери и поселила её в свободной комнате. Всё! Пути к воссоединению маминой семьи были отрезаны навсегда. С того времени город Иркутск стал роковым местом для нашей семьи. И каким бы он ни казался нам притягательным, кроме несчастий и разочарований, в этой точке на карте мы мало что обретали.
Но вот лето 1969-го. В моей семье новая проблема: Васю выживают с места инструктора по спорту. Некая молодая и пробивная дама Алла Матвеенко решила устроить на Васино место свою подругу и начала умело плести интригу против него. Я, конечно, была на Васиной стороне, но что я могла сделать, кроме оказания моральной поддержки? Вася справился сам: он нашёл новую работу, которая станет его судьбой и стимулом жить в полную силу, чего я и добивалась от него. Но сразу ни он, ни я этого не поняли. Мы только обрадовались и успокоились, что вырвались из удушающих клещей интриганки. По крайней мере, успокоилась я, Вася же волновался, как он сумеет быть мастером в ПТУ: обучать профессии электромонтажника и вместе с тем воспитывать очень трудных подростков.
Приехала на каникулы из Иркутского Нархоза Лора Петрова. На этот раз она вернулась с дипломом экономиста. Она вышла замуж за писателя Станислава Сафроновича, который был много старше её. Артемошки (Людмила с Наташей) без конца говорили про Сафроновича: он их очень увлёк и знаниями, и остроумием, и интересом к противоположному полу. Мне же казался этот всеобщий интерес в пожилому мужчине странным: ведь ему уже сорок лет!
Я была озадачена своей новой проблемой, которая вплотную встала на моём пути, поэтому поворачивала разговоры в своё русло.
Вдруг моя трёхлетняя Юля спрашивает:
- Мама, а что такое «абот»?
- Какой-такой абот?.. Где ты слышала это слово?
- Тётя Люда говорила.
Какой кошмар! Это мы с Людмилой про мою проблему… И ведь чем таинственнее тема, тем больший интерес вызывает она у таких крохотных детей. Это надо же: «абот»! Будто мы специально учили ребёнка…
У семьи Артемьевых был свой врач или фельдшер, и через неё мы договорились насчёт необходимой операции. Для меня это случилось впервые, и, конечно же, я ужасно волновалась, когда рано утром выехала по направлению железнодорожной больницы. Пожилая женщина-врач была некрасива, но так деликатна и опытна, что долгие годы я считала, что некрасивые врачи есть лучшие врачи.
В палате лежали женщины с разными проблемами. У одной пожилой после драки, когда её били лопатой, были удалены молочные железы, но теперь, как она говорила, всё в порядке. Неожиданно она заинтересовалась моей фамилией и спросила, не жили ли мы в старом Братске, и когда я ответила утвердительно, сообщила, что нянчила меня маленькую. Однажды она перехватила коляску, которая ехала со мною под уклон прямо в Ангару. Я была взволнована такой новостью и не удивилась, что эта особа хочет сделать для меня что-нибудь приятное.
- Хочешь, я сейчас тебе погадаю? – и достала карты. Загадывай желание, а я скажу, исполнится или нет.
Мне уже гадала мама, что мой возлюбленный – бубновый король – мне падает «пустым». Я попросила свою няньку погадать на бубнового короля: «Будем ли мы вместе?»
Женщина очень долго манипулировала с картами, задумчиво их перебирая. Наконец, она ответила, вздохнув:
- Будете. Только очень нескоро...
Потом Лера скажет, что та нянька сама упустила коляску, а перехватила её (и тем спасла меня) она, то есть моя сестра Лера.
Глава 2. Мечты о встрече, или Чудо седьмое
Я получила письмо от Вениамина с обратным адресом: Иркутск, почта 3, до востребования, и начала строчить ему письма. Лора Петрова рассказывая о своём писателе Сапроновиче, попутно характеризовала его коллег, сортируя, кто нравился, а кто не очень. Валентин Распутин её настораживал и даже пугал скрытой напряжённой силой. Она спросила у Сапроновича:
- А это кто такой?
- Да один графоман из Красноярска.
«Графоман» тогда работал в Красноярской газете и выпустил первую книгу очерков.
Между делом (и так неожиданно!) Лора сообщила новость, что познакомилась с бабкой Вениамина! Этого быть не могло, о чём я сразу категорично ей заявила. Но Лору голыми руками не возьмёшь, и она ответила, что это – абсолютная правда!