С замиранием сердца я начинаю свой рассказ с самого конца 1969-го года…
Итак, 30-го декабря во второй половине дня на автобусе я выехала в аэропорт Братска, чтобы лететь с Вениаминовой подушкой в Иркутск. Конечно, подушка была предлогом к знакомству с его родителями, но ещё больше меня интересовала встреча с ним самим.
Вася видел, как я истомилась, как нервничаю, и без сопротивления отпустил меня. Мне, конечно, повезло, что муж не был ревнив и многое позволял, но я так устроена, что не смогла бы жить при запретах и подозрениях. Я не рассказывала мужу того, о чём он не спрашивал, но и не скрывала того, что скрыть было невозможно.
Приехав в аэропорт, была разочарована задержкой рейса, как было объявлено, на час, но я набралась терпения. Задерживались и другие рейсы, поэтому народу скопилось предостаточно. Пассажиры радовались случайно встреченным знакомым, но с удовольствием общались и с незнакомыми. Все ощущали приподнятое настроение, все были взволнованы предстоящим праздником: приближался 1970-ый год! Страна вступала в новое десятилетие.
Я встретила давнюю знакомую Тамару Сычёву. Теперь она жила в Иркутске. Сычёва развелась с одноклассником Иоллосом и вышла за некоего Волкова.
Моё волнение было не столько праздничным, сколь тревожным. Я оставила дома детей, хотя постаралась нарядить им ёлку. Было грустно без малышек, но встречать Новый год с Васей не хотелось по причине «с кем встретишь, с тем и будешь».
Мы предварительно созвонились с Вениамином. На новогоднюю ночь он обещал билеты в музкомедию. Я сообщила, что везу подушку, что буду жить у Лоркиной сестры Маши в Лисихе, и, разумеется, номер рейса и время вылета.
Я старалась быть спокойной, но смутные предчувствия одолевали меня. Невольно я стала прислушиваться к разговорам соседей. Две женщины, вероятно, землячки, сидели рядом, и одна другой рассказывала о случаях блужданий в лесу:
- … И вот она совсем заблудилась, и уже не было сил идти. И тогда вспомнила, что надо переодеться: всю одежду снять и вывернуть наизнанку. Начала всё снимать, выворачивать и надевать вывернутое. Остался один чулок, который уже пыталась надеть. Вдруг из-за куста ей показалась рука и поманила за собою, и она - бежать за рукой и вышла из лесу, и увидела свою деревню!..
- А был другой случай, - продолжала женщина, - когда Клавка Ознобихина заблудилась, так только косточки отыскали в лесу…
Рейс снова отложили. Рассказ незнакомой соседки меня взволновал не на шутку! Дальше разговор пошёл о любви:
- Да, разные способы приворота существуют, но надо пользоваться ими осторожно. Вот приворожишь, а потом разлюбишь, а он будет столь маяться, что из жизни уйдёт…
- А вы знаете приворотные заговоры? – не сдержавшись, вступила я.
- А чо, тебе надо? Он подействует, если передать от старшей к младшей. Ты, я вижу, помоложе меня. Только заговор надо заучивать наизусть, а не записывать… А читать надо на рассвете в сторону дома, где живёт твоя любовь.
Я вспомнила заговор голубоглазой бабушки, лечившей меня от грудницы. Было жаль, что плохо запомнила, а лучше бы тогда записала. Зачем? Да мало ли зачем! Красиво!
- Я всё-таки запишу, может, и так сгодится.
Записала и положила в книгу.
В порту было прохладно, новое здание ещё не открыли, а где мы ожидали рейс - вспомнить трудно. Посадку объявили с опозданием на три часа. В самолёте согрелись, разморились и вместо семи вечера приземлились в одиннадцатом часу.
Я вошла в здание Иркутского аэропорта. Меня никто не встречал! Вениамина не было. Следовало тут же позвонить ему, но мною овладела паника, я поддалась пассажирскому потоку, и вместе с ним меня занесло в автобус, который тут же тронулся. Я взялась за вертикальный поручень. Кто-то обхватил мою руку. Я убрала руку и снова ухватилась за поручень пониже. Мою руку снова обхватили. Может, это Вениамин? Я вскинула глаза и встретила чужой молодой взгляд невысокого парня, и снова освободила руку.
Куда я еду? Надо выйти сейчас. Будет остановка неподалёку от дома Вениамина. Выйду и позвоню из автомата: уже виднеются аж две телефонные будки.
Я вышла на улице Декабрьских событий в том месте, где теперь автостанция. Зашла в будку, набрала номер, ответил женский голос. Я спросила:
- Можно Вену?
- Это Галя?
- Да.
- А Вена уехал в аэропорт…
Я была просто убита! У меня не было сил говорить, и я положила трубку.
Молодой человек стоял за плечом:
- Девушка, Вам негде ночевать?
- Надо ехать в Лисиху. Но как теперь туда добраться? Ходит ли ещё транспорт?
Я была так растеряна, что вряд ли всё это произнесла, скорей, подумала. Но он всё понял и сразу начал приглашать к себе. Я молчала. Он стал убеждать: