Многих из администрации города Игорь знал лично, со многими поддерживал деловые и вполне приятельские отношения, но сейчас конечно им было не до него и он тоже не стал подбегать и вмешиваться, пытаясь поздороваться, обозначив таким образом себя, нарушив тем самым ход этой привычной лицемерной игры.
Потихоньку втягивалась толпа с улицы, вахтершу оттеснили, она забилась куда то в угол и охранники Кащеева вместе с принявшими вдруг робкий и стеснительный вид милиционерами начали отсеивать народ для входа, пропуская только по паспортам и списками журналистов с удостоверением, проводя ручным металлоискателем по рукам, туловищу и ногам каждого. Через полчаса когда те кого не пропустили, ушли на улицу, что то бурча и отчетливо матерясь и осталось с десяток человек, Игорь наконец поднялся со своего места, показал паспорт для списания данных белобрысому здоровенному парню и вошел в зал, заняв место у окна, в последнем ряду. В зале набралось около пятисот человек, вблизи подиума, на котором расположилась вся верхушка города и Кащеев работали телекомпании, расставив камеры и освещение, корреспонденты заняли все места впереди, дальше сидела администрация города, жались в испуге в непривычной для себя обстановке загнанные под угрозами директоров работники бюджетных организаций, много людей с улицы и растекшиеся по периметру зала дополнительные резервы охраны Кащеева, вошедшие со второго входа конференц-зала.
-Товарищи, дамы и господа, граждане нашего города и уважаемые журналисты! Прошу тишины и минуточку внимания! – послышался голос мэра, говорящего через микрофон, пытающегося перебить шум от разговоров в зале – Начинаем нашу пресс-конференцию, слово предоставляется нашему уважаемому бизнесмену, кандидату в депутаты, дорогому Якову Сергеевичу Кащееву!
Послышались жидкие аплодисменты, Кащеев солидно, не торопясь подошел к трибуне, на ходу поправляя галстук, замешкавшись с минуту, раскладывая бумаги с заготовленной речью на трибунной подставке под документы для выступлений, он с ходу начал говорить о преимуществах своей победы для всех а в особенности для простого, трудового народа, детей, пенсионеров, инвалидов и других социально незащищенных слоев населения.
- Я вам обещаю, что никаких преград в достижении тех задач, стоящих перед городом а это немалые объемы строительства детсадов, школ, больниц и развлекательных учреждений не возникнет! В моих силах сдвинуть гору непонимания, узости мышления, министерского косноязычия, имитации бурной деятельности и бюрократических заборов!– Кащеев говорил заученным, нудным учительским голосом, стараясь побыстрее закончить неприятную, но обязательную часть предвыборной клоунады.
Игорь тем временем осматривал людей, но ни от кого из них не исходило свечение, подтверждающее причастность к его категории, что само по себе невольно оставило заметку в голове Игоря. Ему начало это все надоедать, он сосредоточился на том, где именно и как поставить отметку на Кащееве.
Тем временем Кащеев вошел в раж, голос его стал громче, призывы требовательнее, а обещания все ярче и сказочнее. Отчетливо было видно, как он старался придать своему до жути отвратительному, жабьему лицу доброжелательность, жестким своим глазам придать приторно-добрый взгляд а так же делал препоганые попытки закрепить улыбку. Но от него все равно энергетически волнами исходил холод и чувствовалась жестокость, казалось что ему стоило нечеловеческих усилий сдержать себя, чтобы каждого из находящихся людей в зале не поставить на колени в ряд и не выстрелить из пистолета в затылок, заглянув перед этим в глаза жертве.
- Земляки! Я вас так называю, потому что сам здесь родился, вырос и живу, никуда более не собираясь! Никакая самая сладкая Америка, Канада, Австралия и другие богатые, развитые страны меня не прельщают да и не нужна мне чужая земля, это мой родной край, моя Родина, Родина с большой и самой главнейшей буквы! – продолжал нести чушь Кащеев – Только забота о простом рабочем, учителе и враче, пенсионерах, ветеранах войны, инвалидах и подрастающем поко… - тут Кащеев споткнулся на полуслове после того, как Игорь в своей голове сформировал ядовито-малиновый, закрутившийся по своей оси шар, который он мысленно переместил в открытую правую ладонь, после этого в своем воображении Игорь дунул на шар с ладони на уровне глаз и оставляя за собой след из мелких искр, продолжая крутиться, шар с большой скоростью полетел в сторону Кащеева, смачно шлепнувшись об его лоб, раскрылся четким кругом и зачернел жирным крестом сначала по центру круга а потом заполнив пропорционально внутреннее его пространство, дойдя до границ.