Дол непроизвольно поежился:
– Ты уверен, что это именно некко?
– Я маг, поэтому вижу, какая у этих вещей начинка. В твоем тагоре ничего подобного нет. Он чистый. А эти… стоит только один раз коснуться такого предмета, как он до конца твоих дней присосется к твоему телу и не отлипнет от него, пока не выпьет досуха.
– Карателей, безусловно, мало, – сухо продолжил я, когда парень всерьез задумался. – И с годами, по мере износа тагоров, их становится все меньше. Само собой, вещи с этого склада могли бы исправить ситуацию. Орден можно было бы усилить. Оживить. Влить в его ряды свежую кровь. Но когда я смотрю на эти полки и думаю о том, почему вас стало так мало, то знаешь, ответ напрашивается сам собой. Не зря эта магия находится под запретом. Не зря эти склады закрыли так, чтобы даже каратели сюда не попали.
– Но почему тогда их не уничтожили? – поджал губы Дол. – Зачем оставили, если они так опасны?
Я дернул плечом:
– Не знаю. Может, не успели. А может, война в то время уже началась и маги посчитали, что когда-нибудь это оружие пригодится. У него ведь нет меток. Любой может взять его и использовать.
– Как это нет меток?! – вздрогнул каратель.
– Вот так. Эти предметы не требуют подзарядки, их не нужно регистрировать в Ордене. Это – свободное оружие, понимаешь? Его никто не учитывает, не метит, его невозможно найти. Оно ни от чего не зависит, включая гильдию магов и сам Орден. Как думаешь, после того, как об этом складе станет известно, как быстро неучтенные тагоры и браслеты появятся на черном рынке? Сколько из них уйдет в ночные гильдии? Как много попадет в руки хасаи и им подобных? Я мало верю в честность чиновников, в том числе и тех, кто служит на благо Ордена. Поэтому мы с тобой сейчас открыли не древний склад – мы обнаружили и готовы активировать бомбу с зарядом, способным уничтожить тот мир, который ты знаешь. За это оружие люди будут убивать, предавать и всеми способами пытаться его заполучить. И лично я не хочу в этом участвовать.
Каратель заметно спал с лица и обвел склад совсем другим взглядом:
– Возможно, ты прав. Но раз уж мы здесь, давай посмотрим, что тут еще припрятано? Хотт знает, может, тут и еды для нас припасли?
Я молча кивнул, но вместо того, чтобы последовать за парнем, вернулся к входу. Мысленно усмехнулся, обнаружив, что справа от него на стене в аккуратной рамочке висит план-схема. После чего бесцеремонно ее содрал, выбрался в коридор. Убедился, что снаружи так и не появилось ни одного некко, а затем с силой толкнул сиротливо стоящую посреди тоннеля платформу ногой.
Та обиженно скрипнула и медленно покатилась прочь. На северную ветку, куда мы больше не пойдем. Тогда как я, вернувшись, закрыл сперва одну дверь, затем вторую, заодно убедившись, что метки зодчих над ними погасли. А когда с чувством исполненного долга обернулся, то наткнулся на спокойный взгляд Дола.
– Зачем?
Я так же молча показал ему схему.
– Здесь есть другой выход?
– И не один. Так что нам больше не нужно идти на северную плантацию. Если схема верна, а магия по-прежнему работает, то по потайным тоннелям мы сможем попасть прямо в форт, минуя некко, деревья и наших с тобой коллег.
– Дай сюда, – неожиданно потребовал Дол и, забрав план, прямо тут, не сходя с места, углубился в его изучение. – Хм. На наших картах этого нет. Там вообще это место не указано. Как и входы-выходы… о, смотри! Здесь есть проход в западную часть леса! Правда, для этого надо будет вернуться в южный тоннель и найти еще один коридор, которого нет на общих картах.
– Зачем возвращаться? – озадачился я.
– Если мы появимся сразу в форте, это вызовет вопросы, – на мгновение оторвался от карты Дол. – А как только станет известно, что ты смог открыть дверь в подземный тоннель, Старик обязательно тебя выпотрошит, наизнанку вывернет, а потом отправит сюда целый отряд, чтобы все проверить. А я так полагаю, что без одобрения твоего начальства эта информация не может быть обнародована?
Хм. Дельная подсказка. Вовремя ты вспомнил о Ковене, его интересах и о том, что Орден находится в его прямом подчинении. Как у наблюдателя, у меня есть право вето на определенные действия карателей. И если все пройдет как надо, быть может, мне и не придется тебя убивать.
Я задумчиво кивнул:
– Верно. Более того, если бы не резервы, я бы уже настаивал на договоре о неразглашении.