– Я знаю, – серьезно кивнул Дол. – Поэтому предлагаю вернуться к этому разговору после того, как твоя магия восстановится. А сейчас нам лучше выбраться через смежный тоннель и показать Старику только его, не упоминая о хранилище, – заключил каратель. – Если проход находится с нашей стороны обвала, тогда и лукавить насчет южной ветки не придется. Кстати, на твоем месте я бы уже сейчас задумался, как объяснить начальству тот факт, что ты смог увидеть метки зодчих, о которых никто раньше не подозревал, и оживить магические замки, которые уже лет триста считались нерабочими. И еще. Имей в виду: у нашего мага таланты больше развиты в плане целительства, чем всего остального. А вот артефактор он так себе. Поэтому с тех пор, как из строя вышел единственный на весь форт амулет правды, починить эту штуку стало некому. Ну а обычное заклинание умному человеку несложно обойти.
С этими словами Дол развернулся и, снова уткнув нос в схему, потопал прочь, что-то негромко бормоча и старательно водя пальцем по стеклу. А я, проводив его озадаченным взглядом, ненадолго задержался. Подумал. После чего мотнул головой и тоже сдвинулся с места, напоследок поставив зарубку в памяти насчет этого толкового, но все же на редкость странного парня.
Глава 9
Обойдя все хранилище, еды и воды мы, к сожалению, не нашли, да и Дол, как бы ни хорохорился, довольно быстро выбился из сил, поэтому с дальнейшим путешествием пришлось повременить. Зато, пока каратель в неудобной позе дремал в уголке, я украдкой все-таки выудил из кармана куртки копию карты и, приложив к той, что снял со стены, придирчиво их сравнил.
Увы.
Как бы мне ни хотелось убить двух зайцев сразу, но метки на карте старика Граура не совпадали с теми, что я нашел в хранилище. И длина коридоров не та. И ширина не такая. И никакого склада на первоначальной карте зодчий не указал. Выходит, есть еще какое-то помещение, куда мне следовало попасть? Но где его искать? Здесь, под фортом или же совершенно в другом месте?
Со вздохом убрав карту обратно за пазуху, я так же украдкой забросил в рот остатки фэйтала и еще раз прогулялся по хранилищу, раздумывая, будет ли этичным сменить экипировку на местную. Хотя бы испорченные когтями сапоги. Но потом решил, что давать Старику повод заподозрить меня в лукавстве не стоит, и отказался от обновок. Да и Дола чуть позже отговорил, благо парнем он оказался на редкость понятливым и не жадным.
– Ладно, открывай дверь, – неохотно сказал он, бросив взгляд на оставшиеся за нашими спинами стеллажи. – Только перед глазами не маячь, а то мало ли кто успел поселиться в этих переходах.
Я молча отступил в сторону. Привычным уже движением открыл дверь. И, не обнаружив за ней ничего опасного или живого, пропустил парня вперед. Коридор, в котором мы оказались, был таким же коротким и узким «предбанником», как тот, что вел к хранилищу от перемычки. Да и заканчивался точно такой же дверью, поэтому ничего нового для нас тут не оказалось.
А вот второй коридор был значительно длиннее. Ни рельсов, ни платформы в нем не имелось. Так что на протяжении почти целого рина нам пришлось топать по нему пешком. И только после этого тоннель привел нас к последней двери, через которую мы, если верить Изиному чутью, благополучно вернулись на южную ветку.
«А ведь я мимо этой двери уже проходил, – с досадой подумал я, когда стена обрела свой первоначальный вид и крохотную щель между створками скрыла искусная иллюзия. – Только не увидел метку, поскольку не знал, что именно искать».
– Нам туда, – со знанием дела махнул Дол, бодро устремившись в ту сторону, откуда я его когда-то притащил. К счастью, после короткого сна его аура стала выглядеть заметно лучше. Сам он приободрился. А замаячившая перед нами возможность выбраться воодушевила его так, что он даже меня не захотел ждать. И порысил в сторону форта с такой скоростью, что мне пришлось поднажать, чтобы его догнать.
На наше счастье, второй потайной переход начинался гораздо раньше того места, где мы проникли на южную ветку, поэтому завал разбирать не пришлось. Как и первый, этот тоннель был абсолютно чист, светел и безупречно сух, зато платформы ему явно недоставало. Долу по пути пришлось делать остановки еще трижды, но недовольство этим фактом высказал лишь он сам. Тогда как я с определенного момента решил, что нам нет смысла спешить. Поэтому поднимался с пола лишь после того, как грызущий от нетерпения ногти парень первым подскакивал на ноги и срывался с места.
– Не люблю подземелья, – признался он, когда я заметил, что для карателя такое поведение, мягко говоря, нетипично. – В детстве как-то провалился в подпол, просидел там в холодрыге несколько ринов и вот с тех пор терпеть не могу, когда на голову что-то давит.