— Ты, кажется, много чего видел вчера.
— За тобой следят, — драматическим тоном произнес Рипли, поднимая камеру и нацеливая ее на Адама. — Ай-я-яй! Плохие новости. Камера-то сломана.
— Я и без тебя знаю, — отозвалась Лианна.
Камера. Думай о камере, Сарно. О газетных вырезках будешь ломать голову после.
— Собственно говоря, ребята, я из-за этого и пришел, — громко и с расстановкой произнес Адам. — Дело в том, что камера не сломана.
— Да ты сам посмотри! — Рипли сунул ему под нос видеокамеру.
Адам взял ее и заглянул в видоискатель.
Синь.
Синие обои. Синее покрывало на кровати. Синий ковер. Перед его глазами была комната Эдгара.
А потом он увидел самого Эдгара.
Он сидел, закинув ноги на стол, и играл в электронную игру. Вместо того, чтобы делать уроки.
О боже!
Он жив и радуется жизни.
На индикаторе значилось: «13 января». Эдгар погиб пятнадцатого. Ему осталось два дня.
Предупреди его!
— Эд… — попытался крикнуть Адам и замолчал на полуслове.
Это же чистое безумие. Эдгар все равно не услышит.
Когда он опускал камеру, Лианна и Рипли смотрели на него во все глаза.
— Ну как? — спросил Рипли.
— Я… я видел, — заикаясь, пробормотал Адам.
Не говори! Они все равно не поверят.
Пусть убедятся собственными глазами.
Покажи видеокассету.
Адам взял лежащую на кровати кассету и вставил в видеоплеер Рипли. Перемотал и включил.
Экран ожил. Расплывчатые формы стали обретать очертания. Кровать. Комод. Хоккейная форма на полу.
ЕСТЬ!
— Видите? — выпалил Адам.
— Адам, это же твоя старая комната, — сказала Лианна.
— Вот именно. Когда мне было десять лет. — На экране все стало вертеться. Адам вспомнил: это он стал вращать камеру, делая панораму во всю комнату.
— Так ты это хотел нам показать? — бросил Рипли. — Свои первые видеоопыты?
— Но у тебя же в десять лет не было камеры, — заметила Лианна.
— В том-то и дело. Я записал то, что вы видите, этой камерой. Когда я заглядываю в объектив, она видит прошлое. Место то же самое, и время, и день тот же самый — но четыре года тому назад.
— Четыре года тому назад? — Лианна внимательно посмотрела на него.
До нее дошло!
— Тринадцатого января. За два дня до гибели Эдгара. А это значит…
— И ты думаешь, я поверю? — воскликнула Лианна. — Почему же я ничего не вижу? И Рипли?
— Я не знаю, — ответил Адам.
Рипли протянул руку к пульту дистанционного управления.
— Но это же курам на смех. Мне надо идти…
— Подожди, — остановила его Лианна. — А это что?
На картинке что-то двигалось.
Не предмет. Нечто бесплотное, что ли. Как будто движение воздуха. Завихрение, по форме напоминающее человеческую фигуру.
Форма Адама.
Она вошла в кадр справа, затем вышла.
Именно так я двигался утром, когда хотел идти завтракать. В прошлое и обратно. Тогда первый раз что-то щелкнуло, и вдруг изменилось освещение.
Человеческая форма появилась вновь.
Точно. Это когда я вступил снова в зону видения камеры. Чтобы оглядеться.
Мерцающая фигура пересекла комнату, остановилась у окна, сунула подобие руки за спинку кровати, попыталась снять с полки книгу…
У Адама перехватило дыхание.
Я не сумасшедший!
Виденная мною сцена реальна. Она записана на пленку.
И я там нахожусь.
— А вот это клево, — кивнул на экран Рипли. — Как ты ввел свой образ в сюжет?
— Да это я сам! — воскликнул Адам. — Я встал перед объективом и попал в сектор обзора. В прошлом. Ну, может не полностью… физически. Вы же видели форму. Может, там была только часть меня. Телесная аура или что-то в этом роде.
Рипли снисходительно кивнул:
— Или запах твоего тела. Иногда он живет сам по себе.
— Адам, ты меня пугаешь, — сказала Лианна.
Рипли загоготал:
— Не сомневаюсь, ты очень и очень болен.
Из телевизора послышался слабый свист. Адам обернулся.
Картинка была почти недвижной. Камера снимала снизу, на уровне пояса.
Камера стояла на столе. Я уходил завтракать. А ее оставил включенной.
В кадр входила другая фигура.
Но это уже не было нечто призрачное.
Это был Адам. В возрасте десяти лет.
Я наблюдаю за собой, не ведая, что за мной тоже наблюдают.
Рипли прищурился. Лианна смотрела во все глаза.
Младший Адам натянул покрывало на кровать, затем похватал книжки с комода и запихнул в ранец. Он уже выходил из комнаты, но вдруг задержался. Нагнувшись, поднял книгу. Даже в не очень ярком свете название можно было легко разобрать: «Время и снова».
Десятилетний Адам смотрел и глазам своим не верил, не в силах понять, как попала к нему эта книга.
Это мог знать только четырнадцатилетний Адам.
7
Запись разговора:
— Следовало об этом подумать заранее.
— А у него есть голова на плечах.
— Но девочка, она не должна знать.
— Как и мальчик.
— Может, пора реализовывать наш план?
— Успеется.
— Адам, но это все невероятно. — Лианна нервно шагала по комнате. Ее можно убедить.
— Я видел Эдгара, — выпалил Адам. — Несколько минут назад, через объектив видеокамеры.
Лианна побледнела:
— Но это невозможно. Эдгар мертв.
— Но не четыре года назад. Тогда еще он был жив.
Рипли смотрел на него с недоверием.
— Ты наложил изображение на старую видеокассету.
— Но как в таком случае этот образ двигает книгу? — задал вопрос Адам.
— Чистое совпадение, — ответил Рипли. — Она упала.
— Это я ее сбросил! — настаивал Адам.
Рипли схватил камеру и сунул ее в руки Адаму.
— Ну хорошо, путешественник во времени. У тебя сверхъестественные способности? Докажи!
Пальцы Адама обхватили видеокамеру. Он огляделся в поисках места, куда бы ее пристроить.
Нет.
Ты окажешься в одной комнате с Эдгаром.
Чуть не бок о бок с ним.
Зная, что он погибнет.
А ты ничего не можешь поделать.
— Не могу, — произнес Адам. — Только не здесь.
— Так я и знал, — усмехнулся Рипли. — Ладно, ребята, хорошенького понемногу. У меня через десять минут хоккейная тренировка.
— Адам! Скажи, это все шутка?
Лианна в упор смотрела на Адама. Разочарование, упрек, обида и страх — все это можно было прочитать в ее глазах.
Он теряет ее — свою единственную возможную опору.
Сделай это, Сарно.
Надо же когда-то встать за правое дело!
Он сдвинул тетрадки и книжки в сторону и поставил камеру на стол Рипли.
— Ну ладно. Я передумал.
Он включил камеру.
Лианна пристально следила за его действиями. Рипли широко зевнул. Адам медленно подошел и встал перед объективом.
— Я тебя ви-и-и-и-жу, — пропел Рипли.
Щелк!
Адам сразу почувствовал толчок: цвет стал глуше. А потом — синь. Эдгаровская синь.
Адам смотрел в зеркало Эдгара. В нем виднелась пустая комната.
Нет отражения. Словно меня здесь нет.
Он подошел ближе и увидел, что комната не пустая.
Эдгар был слева у него за спиной. Он все еще сидел за столом и писал, сидя спиной к Адаму.
Смотреть на него было мучительно больно. Хуже, чем предполагал Адам. У него все внутри оборвалось, когда он повернулся в его сторону.
Он хотел окликнуть его, предостеречь.
Но Адам был призраком. Духом. Невидимым и безмолвным.
А ты уверен?
Попытка не пытка.
— Эдгар? — Адам подошел поближе, но голос его был тише шепота.