Сэм трусцой побежал вперед, иногда наклоняясь под кабелями. Вой сирены сюда еле доносился. По полу промчалась и тут же исчезла за сваленными в кучу мониторами крыса.
— Ой! — вскрикнула Джейми у него за спиной.
— Нагнись! — предупредил Сэм.
— Спасибо.
Сэм пытался представить себе, где они находятся по отношению к верхнему этажу, но не мог толком сообразить.
Они пересекли поперечный коридор. Он был шире и не так забит оборудованием. Он шел под уклон и заканчивался большой стеклянной дверью, выкрашенной матовой краской.
Поблекшие буквы означали: ГЕНЕРАТОР.
— Ура, — крикнул Сэм. — Здесь другой выход.
Он налег на дверь. Та открылась, и они вышли в огромное помещение, напоминающее пещеру. Почти все помещение занимала яма, в центре которой высилось гигантское стальное сооружение, уходящее основанием в эту бездонную яму. Сооружение глухо гудело. Вдоль ямы шла дощатая дорожка.
На другом конце дорожки был выход. Сэм надеялся, что эта дверь ведет наверх, а там и выход на улицу.
— Ты гений, — сказала Джейми.
Сэм побежал к двери. Доски настила скрипели под ногами.
Он не сводил глаз с матовой стеклянной двери. Сквозь нее стал пробиваться свет, словно за ней открылась другая дверь, что была на верху лестницы.
Сэм остановился. На матовом стекле заиграли тени.
Западня.
Им с Джейми не успеть на другую сторону. Нет времени.
— Что теперь? — прошептала Джейми.
Сэм круто повернулся. Прямо у них за спиной была каморка смотрителя, перегороженная сломанным коричневым столиком на колесиках.
Он оттолкнул столик, порезав руку об острый край стальной окантовки. Рана оказалась глубокой, но Сэму было не до того. Он распахнул дверцу. Быстро юркнув туда, он потянул за собой Джейми и захлопнул дверцу.
— У меня клаустрофобия, — прошептала Джейми.
— А у меня кровь хлещет, — ответил Сэм, прижимая ладонь к рубашке, чтобы унять кровь.
ШМАААК!
Распахнулась выходная дверь из помещения с генератором.
Сэм старался не шевелиться, но их дыхание, казалось, было слышно за версту.
По полу грохотали тяжелые башмаки. Они приближались к каморке.
— Их здесь нет! — послышался голос.
— Иди дальше, — откликнулся другой. — Они где-то поблизости.
Да. Иди дальше.
Иди дальше.
— Пусть кто-нибудь проверит каморку, — раздался голос третьего охранника.
— Сейчас взгляну.
Сэм затаил дыхание.
— Барт, — прошептала Джейми.
— А он-то что тут делает? — тоже шепотом спросил Сэм.
— Наверное, увидел, как я уходила.
— Он следил за нами?
— Откуда мне знать? Сэм, что нам делать?..
— Шшшш.
Угол. Сожмись в три погибели. Надень на голову пустое ведро.
Рискованно.
Тогда стой не шелохнувшись и моли бога, чтоб не заметили в темноте.
Глупо.
Ударь его чем-нибудь.
Сэм провел рукой в поисках тяжелого предмета — швабры, валика для краски…
— Ой! — вскрикнула Джейми. — Это моя нога… Сэм потерял равновесие и повалился на заднюю стенку каморки.
И стена сдвинулась.
14
Прощайте.
Но остальные вопросы — разве вопросов больше нет?
Этого достаточно. Ты слабеешь.
Сэм подналег. Угол стены медленно двигался на каких-то шарнирах.
— Ну давай же. Там должно быть место.
— Я туда не пойду, — в ужасе прошептала Джейми.
Цок-цок-цок-цок, — раздался звук приближающихся шагов.
Джейми тоже налегла на стену.
Та открылась ровно настолько, чтобы они могли проскочить в щель. Они вошли в другую каморку, еще меньшую, совершенно темную и холодную.
Сэм и Джейми толкнули стену, чтобы она встала на место.
— На ручке кровь! — крикнул Барт. — Они там.
Сэм скрючился в своем закутке.
Как же можно было не увидеть эту острую железяку, Хьюз?
Сквозь узенькую щель в стене проник свет.
— Эй! — заорал Барт на той стороне стены.
— Ну, нашел? — раздался голос издалека.
Сэм и Джейми слышали, как Барт рыщет вокруг, тыкаясь в стену и разбрасывая все вокруг.
БУМ.
Стена сдвинулась с места.
Джейми и Сэм приникли к противоположной стене.
— Уф! — воскликнул Барт. — Никого. Но кто-то из них ранен. Так что ищите следы.
Дверца каморки захлопнулась, и голоса сразу стали еле слышны.
Шаги смолкли.
Ушли.
— Ах, ты жирная фаршированная башка… — ругалась про себя Джейми.
Сэм перевел дыхание и откинулся спиной к стене.
ИИИИП…ИИИИП…ИИИП…ИИИИП…
До этого самого момента Сэм не замечал телеметрических сигналов за спиной.
— Фу, пора выбираться отсюда, — проговорил он, нащупывая ручку.
Джейми стала помогать ему.
— Как ты ее открыл?
Сэм наконец нащупал выключатель и нажал его. Над головой затрепетали две неоновые полоски.
Дверная ручка оказалась у него под носом. Он нажал на нее здоровой рукой.
Дверь не поддавалась.
— Джейми, помоги…
Но Джейми стояла, будто окаменев, спиной к стене. Она, не отрываясь, смотрела в комнату.
Сэм обернулся.
Они находились в лаборатории, значительно большей, чем лаборатория № 6, и без окон. Кроме двигающейся стены, все остальные стены сверху донизу были заставлены электронной аппаратурой. Это напоминало чрево какой-то суперсовременной подводной лодки.
В центре находился стол, который почти скрывали из вида три тележки. На столе под черным одеялом покоилось тело.
— О боже… — пробормотал Сэм.
— Я… как мы здесь очутились? — взвизгнула Джейми.
Сэм шагнул к столу:
— Он живой?
— Ты что, с ума сошел, Сэм? Не вздумай подходить! — Она схватила его за руку, но Сэм сбросил ее руку.
Он не мог отвести глаз от неподвижного тела. Что-то в нем было до боли знакомое.
— Сэм? — Голос Джейми срывался на визг. — Это труп. Если прикоснешься к нему, если оставишь свои отпечатки пальцев… я… я скажу, что знать тебя не знаю.
Дыхания не было. Одеяло не шевелилось. Но трупного запаха не чувствовалось. А ведь трупы воняют, это же всем известно.
Сэм подошел к столу и отдернул черное покрывало.
И оцепенел.
Джейми взвизгнула.
На Сэма смотрело лицо.
Его собственное.
15
Так он существует.
Все это время он был здесь.
В подобии комы.
Как и говорила Джейми.
НО ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ?
Как?
Как такое могло быть? Как мог он выжить?
И как это я ничего не знал?
Почему они мне ничего не сказали? Сэм чувствовал себя разбитым. Все в голове смешалось. Он схватился за край стола. Пальцы коснулись щеки Кевина.
Она была холодной и гладкой. Шелковистая на ощупь.
Сэм отдернул руку.
— Сэм, в чем дело? — спросила Джейми. — Он живой?
— Нет, — ответил Сэм.
— Он мертвый?
— Нет.
— Так какой же он?
Сэм снова коснулся его щеки. Поскреб щеку ногтем. Сильно.
Она легко разорвалась. И ни капли крови.
БИИИИП-БИИИИП-БИИИИП!
На одном из столиков-каталок на мониторе вспыхнули слова:
НАЧАТЬ ЭПИТЕЛИАЛЬНОЕ УПЛОТНЕНИЕ
Эпителиальный — это слово он видел на компьютере папы. Сэм знал это слово. Из биологии.
Это означало или было связано с верхним слоем кожи. Что-то в этом роде.
Щека состоит из эпителиального слоя. О’кей. Это совсем как кожа. Да не кожа. Это синтетика. Она нуждается в «уплотнении».
— Он… не он, — проговорил Сэм.
— Что это еще значит?
— Он… оно…
— Сэм, нельзя ли попроще? Мы и так сюда неизвестно как попали.
— Он…
Кевин?
Нет. Не Кевин. Как это может быть Кевином? Это просто копия. Гуманоид. Модель того, каким был бы Кевин, если бы он был жив.
Еще один секретный проект мамы и папы.