Следующий документ из архивов советского посольства в Анкаре был написан три года спустя, 9 мая 1942 года. Новый советский Генеральный консул Ахимов сообщает Министерству иностранных дел в Москве, что турецкая полиция потребовала от советского гражданина Марка Леви, чтобы тот покинул страну. Причины высылки турецкая сторона не называет. В соответствии с этим 24 мая 1942 года Леви покинул Турцию и прибыл в армянский город Ленинакан. Версия Лидии Червинской, отвергнутая многими как плод фантазии, оказалась таким образом верной. Получила подтверждение еще одна деталь, казавшаяся совершенно неправдоподобной: Леви действительно имел паспорт южноамериканской страны — Парагвая. За исключением небольших отклонений в датах эти сведения совпадают и с сообщением Червинской о том, что Леви сначала работал в скорняжной мастерской в Берлине, а затем в книжной лавке в Стамбуле.
На службе ГПУМосковские документы открыли и другую сторону жизни Леви. Он не бежал из Советской России из-за того, что убил офицера Красной Армии, как об этом рассказывала Червинская. На самом деле он выехал с разрешения властей, очевидно, по поручению ГПУ. Литературный институт Аркос в Москве, в котором он вплоть до своего отъезда работал переводчиком, считался филиалом «секретной полиции». Аркос издавал прежде всего пропагандистскую литературу для заграницы и занимался продажей авторских прав.
Неясно, какие функции выполнял Леви в Германии. Лидии Червинской он рассказывал, что сначала жил в Берлине. Может быть, там он встречался с Набоковым? В середине двадцатых годов Набоков уже попал в поле зрения советских спецслужб. Точно так же загадочными остаются три года между первым заявлением Леви и его действительным возвращением в СССР. Почему заявление 1939 года было отклонено, а заявление 1942 года удовлетворено?
Литературоведы Сорокина и Суперфин нашли свидетельства того, что Леви мог быть замешан в покушении на немецкого посла в Анкаре 24 февраля 1942 года. Покушение во время войны привлекло к себе тогда большое внимание, ибо послом тогда был не кто иной как сам Франц фон Папен, предпоследний немецкий рейхсканцлер перед Гитлером. В связи с этим покушением, при котором Папен остался невредим, турецкая полиция арестовала ряд советских граждан, многие из которых были преданы суду. Два главных обвиняемых, один из них был дипломатом советского Генерального консульства, а другой — торговым представителем, получили по 20 лет тюрьмы.
Снова в СССРДействительно ли Леви участвовал в этом покушении, до сих пор выяснить не удалось. Но установлено, что он на протяжении многих лет работал в организациях, которые контролировались советской разведкой. Можно предположить, что он какое-то время хотел освободиться от Москвы. Возможно, он в одиночестве эмиграции испытывал желание вернуться на родину. Не исключено, что советская «секретная полиция» предложила Леви сослужить службу отечеству, если он хочет получить въездную визу — например, в форме участия в покушении на Папена. Сергею Эфрону, мужу Марины Цветаевой, который во время Гражданской войны сражался на стороне белых против Красной Армии, тоже перед возвращением на родину пришлось пройти испытание в виде участия в покушении на убийство[231]. Бывший генерал Николай Скоблин, спутник жизни народной певицы Надежды Плевицкой, судьбу которых Набоков описал в рассказе «Помощник режиссера», принимал участие в похищении двух антисоветски настроенных политиков эмиграции[232]. Эфрон и Скоблин после своего возвращения были ликвидированы, Леви остался жив.
Сорокиной и Суперфину удалось, отталкиваясь от запроса ереванского педагогического института, посланного в 1952 году и давшего ключ к разгадке таинственного возвращения Леви в СССР, реконструировать следующие этапы его биографии. Так как Леви не получил разрешения на проживание в Москве, он поселился в Ереване. Там он сначала работал преподавателем немецкого языка в институте иностранных языков Академии наук Армянской советской республики. Он женился и вел очень замкнутую жизнь. Раз в год он ездил в Москву, но с кем он там встречался, никогда не рассказывал семье. Никогда не упоминал он и о своей писательской деятельности, хотя часто повторял, что в жизни надо испробовать все[233].
Леви умер 5 августа 1973 года в Ереване, так больше и не опубликовав ни одного беллетристического произведения. Десять лет спустя после смерти Леви его «Роман с кокаином» стал мировым бестселлером.
Открытые вопросы