— Нет, — ожидаемо ответил Лихачев. — Петр… Аркадьевич, на всю толпу растягивать незаметность — это серьезная нагрузка.
Заминка перед отчеством была характерной. Представлялся я как Петр, но артельщик явно посчитал, что ко мне стоит обращаться по отчеству.
— Нужно будет постараться очень компактно собраться, — предложил я. — И очень быстро двигаться.
— Там обычные люди… Бабы с детишками наверняка тоже будут.
— Значит, двигаться в максимальном для них темпе, — поправился я. — Ну что? Начинаем? Все живые за стеной. На разрушенные дома можно не отвлекаться.
— Интересный у вас артефакт, Пётр Аркадьевич. Все живое показывает?
— Не совсем, — уклонился я от прямого ответа. — Там другая функция. Обнаружение живых — только побочная.
— Значит, можете кого-то пропустить?
— Если у него столь сильная магия, что он закроется от этого артефакта, то он в нашей помощи не нуждается и выберется сам.
— Понятно, против сильных магов, значит, не сработает.
— Начинаем? — повторил я.
Лихачев посмотрел на толпу тварей у деревеньки, потом на меня, потом опять на тварей, покрутил головой и решительно бросил:
— Начинаем. А то ж там действительно бабы с ребятней. Как я людям в глаза посмотрю, ежели испугаюсь.
С Валероном всё было обговорено заранее, поэтому он рванул собирать по сигналу. В этот раз я ему предложил собрать как можно меньше, то есть не крутиться на месте, приманивая всех, а водить мелкими партиями. Мелкими партиями не получилось, поскольку целеустремленное движение товарок заметили, и те, до кого чарующий запах не донесся, рванули их догонять, чтобы принять участие в возможном пиршестве. Рванули не все, сомневающихся тоже хватало, потому как у них под носом целая вкусная консерва, которую только надо вскрыть, а что там, куда бежит толпа, еще неизвестно.
Я чередовал птичек, Искру и Теневую стрелу, последнюю использовал на тех тварях, на которых не срабатывала Искра, а первых отправлял только на механизмусов, потому что на остальных они были не слишком эффективны, поскольку заточены были именно под разные механические устройства, к которым железные големы, в некотором роде, тоже относились. В остальных случаях проще было отправить Искру, выглядевшую у меня уже огромным гудящим шаром, пробивающим просеку в бегущих к нам монстрах. Эх, жалко, площадных заклинаний пока нет. Какой-нибудь метеоритный дождь нам точно бы не помешал.
В деревеньке наши усилия заметили и раздались радостные вопли, но отвлекаться на них никто не стал, на нас как раз налетала волна монстров, которую нужно было принять и разместить по контейнерам хотя бы частично. Да еще сделать это так, чтобы они не разместили уже нас в своих желудках. Последнее могло случиться в любой момент. Зелье уже не собирало к себе со всей округи заинтересованно замирающих тварей, оно действовало только на тех, кто был совсем рядом, а те, что оказались с краю, под его действие почти не попадали. А ведь были вообще нечувствительные, и их в общей толпе можно было отличить, только когда они добирались до нас.
Я подключил к магии еще и работу топориком, которым орудовать вблизи было даже сподручней. Мои артефакты пока отрабатывали все удары как у меня, так и у моих дружинников, а вот у одного из артельщиков заряд уже просел, и мелкая уродливая тварь, похожая на паука, впилась ему в ногу жвалами. Извернувшись, я по ней рубанул, ему бросил мной сделанный комплект артефактов и отправил еще одну Искру максимального уровня прямо перед собой. Прожгла она тварей с пяток, сделав из них этакие затейливые бусины для очень толстого шнурка. Страшно представить шею, которая бы подошла для такого украшения. На нашей стороне ее точно нет.
Когда мы добили тварей, выяснилось, что еще одного артельщика подрали.
— Не потянули артефакты, — сказал Лихачев. — Заряжали под крышечку, а оно вон как.
Я выдал комплект и второму пострадавшему, поделился и зельями, после чего с тоской посмотрел на деревеньку: тварей там хватало и на второй заход. Расслабляться было рано. Дело было не сделано даже наполовину. Еще ж выводить всех придется, что может оказаться даже сложнее.
— Ну что, короткий отдых — и добиваем? — предложил я. — Пока новые не набежали.
Отдых мои люди восприняли как возможность собрать с тварей ценности. Не участвовали лишь пострадавшие артельщики. И то на них Лихачеву пришлось гаркнуть, напомнив, что регенерация быстрее срабатывает в покое, а у одного так вообще нога повреждена, не заживет — тормозить мужик будет весь отряд.