— Да, в тяжелое время вы сюда попали. Четверо спасенных из зоны очень вас хвалят. Маги подумывают к вам попроситься, Петр Аркадьевич. Пока они отходят после зоны. Вовремя вы их вытащили. Еще день-два — и служащий банка сам превратился бы в тварь, и тогда неизвестно, чем бы всё закончилось. Когда он у меня появился, изменения были уже видны. Пришлось для них срочно молебен устраивать.
— Если надумают — возьму, — признал я. — Мне люди нужны, а они себя хорошо проявили все. Кроме служащего. Вот с ним были проблемы. Возможно, как раз из-за отравления зоной. И из-за чрезмерной ответственности. Он хотел, чтобы мы навьючили на себя ценности из банка, представляете, святой отец? У нас каждая секунда на счету, а он начинает требовать, чтобы мы спасали банк. И ведь из зоны вышли, он первым делом доклад начальству отправил, насколько я понял, если тот так быстро появился.
— И много там ценностей, сын мой? — заинтересовался священник.
— Мы в сам банк не заходили, ничего не могу сказать. Но подозреваю, что не очень, святой отец.
— Почему вы так думаете, Петр Аркадьевич?
— Создалось такое впечатление из разговора с господином Матяшевым, — уклончиво ответил я, раздумывая, говорить представителю церкви о просьбе вынести определенную ячейку или нет.
— Ему нужно было что-то конкретное, Петр Аркадьевич?
— Не уверен, что вправе передавать содержание нашего разговора с господином Матяшевым, — честно признал я. — Меня не просили сохранять его в секрете, но всё же это не тот разговор, который можно пересказывать.
Допытываться отец Василий не стал, покачал головой, как будто соглашался со мной, но выглядел при этом задумчивым. Уверен, о настойчивости Матяшева церковное начальство узнает сразу, как отец Василий меня покинет.
Задумчивость не помешала ему провести молебен по всем правилам, пусть, как мне показалось, по времени тот был немного короче. Но поток зримой благодати был направлен мощный. Даже я почувствовал, как из меня уходят застарелые, вросшиеся частицы зоны, что уж говорить об обычных людях, которые в ней провели несколько дней? Лица были не просто счастливые, а восторженные. Благодарили отца Василия от всей души, он же благословил всех оптом и засобирался в Озерный Ключ.
Как мне казалось, разговор наш еще продолжится, когда появится такая возможность. Но то, что церковь выбрала сторону — это было уже вполне определенно показано.
Глава 25
Отъезд пришлось отложить, но я понял, что ничуть не огорчен, когда вечером удалось уговорить Валерона отправиться спать в другое место. Или хотя бы погулять и вернуться через пару часов. Разбор вынесенного из банков мы решили отложить на утро, и не только потому, что я хотел посвятить этот день Наташе, но и потому, что Валерон точно не помнил, что из какого банка. Содержимое ячеек у него было просто свалено где-то там внутри одной кучей, рядом с кучей денег, которые он вытащил из банков. Или кучкой? Пересчитыванием мы тоже пока не занимались, не до этого было. Вот и займемся всем этим, пока ожидаем комиссию.
Пока же я выбросил из головы все финансовые вопросы, чтобы заняться исключительно укреплением семьи. Потому что, если ты ее не укрепляешь сам, всегда найдется желающий заняться этим за тебя, и тогда вместо укрепления получается разваливание.
Поначалу я подсознательно опасался, что Валерон вылезет в самый неподходящий момент, а потом просто выбросил его из головы, да и все остальные мысли тоже. Дорвавшись до уединения, мы всё смелее исследовали друг друга, пока окончательно не потеряли головы, а с ней — и вероятность того, что наш брак будет когда-либо расторгнут.
Не знаю, как супруга, но я об этом не пожалел ни на миг. Одно ее присутствие пьянило, как игристое вино, кружило голову, заставляло мечтать о несбыточном и забывать о куче проблем, которые нас ожидали впереди. Здесь и сейчас были только мы, и мы были счастливы.
После всего, пока не заснули, мы просто лежали в обнимку и говорили о всякой ерунде, стараясь не касаться серьезных тем. Куликовы Наташу не поздравили, хотя даже моя маменька дорвалась до телефона и вывалила на невестку такую кучу пожеланий, что будь они материальны, мою супругу засыпало бы с головой. Заодно маменька пыталась выяснить, когда мы возвращаемся в Святославск, но здесь мы ее ничем порадовать не могли, поскольку и сами не знали. В конце разговора маменька сказала, что подарок для Наташи был отправлен именно в Святославск и уже дожидается ее там. Пояснять, что именно дожидается, не стала, иначе, мол, сюрприза не получится.
Утром я обнаружил Валерона в нашей кровати, но уже не посередине, а скромненько притулившегося сбоку от меня с видом мученика, которого променяли на другую.