Когда я покинул гостеприимный дом, время близилось уже к первому обеду. Мне объяснили, что до следующей станции один дневной переход на телеге, так что я вполне мог рассчитывать быть на месте дотемна.
Вторая станция походила на первую как близнец, с той только разницей, что лес вокруг, как здесь это всегда и бывало, резко изменился. Новый экземпляр дерева до того мне не встречался, и условно я назвал его шишкой. Почти от самых корней и до макушки расходились регулярные ярусы симметричных ветвей, напоминающих полупрозрачные гигантские перья. Они плавно сужались от основания дерева до вершины так, что в целом дерево имело форму этакой перистой шишки. Точнее, не дерево — я это уже знал, — а торчащий из почвы отросток протяженного единого организма, имеющий вид самостоятельного растения. В пространстве между нижними ярусами перьев и почвой все заросло условно называемым мной папоротником, так что со стороны казалось, что лес совершенно непроходимый.
Никаких проблем с размещением в гостином дворе не было. Мне выдали крохотную комнату с одной только кроватью, даже без стола. Впрочем, меня это совершенно устраивало. Поужинав и переговорив с хозяином, я отправился спать. Скелле была здесь еще до второго обеда, не остановилась, никаких сообщений не оставила, ушла вниз, лишь только истребовав несколько лепешек. На меня обращали внимание, но как-то менее остро, что ли, сказывалась близость долины и более разношерстное население. Я уже заметил, что все больше мужчин носили разнообразные стрижки, в отличие от Саэмдила. Да и сами типажи стали более пестрыми. Я не стал испытывать судьбу и искать себе собеседников, а просто ушел в номер.
Глава 15
Утром меня разбудил стук в дверь. Мне не понадобилось даже вставать с кровати — я без проблем отодвинул щеколду на двери, просто приподнявшись на постели. Внутрь сразу же решительно вдвинулся незнакомый мне стражник и озадаченно остановился. За ним еще пара стражников попыталась протиснуться в каморку, но была вынуждена остаться на месте — внутри мог стоять только один человек. На кровати между здоровенным мужиком в униформе и стеной сидел озадаченный я. Утренний свет пробивался через крохотное окошко под самым потолком, и то, что вечером при свете лампы выглядело вполне приличной комнатушкой, сейчас более всего напоминало чулан. Мои вещи, сброшенные живописной кучей на табуретке в углу, еще более усиливали это впечатление. Не хватало только ведра и швабры у двери. Вместо них топтался смущенный воин, видимо, перед этим готовившийся к героическому захвату страшного преступника и не рассчитывавший брать штурмом чулан с бродягой.
— Он! — объявил боец в коридор, справившись с неожиданностью и разглядев меня. — Собирайся! Ты арестован. Вещи не трогать.
— Ну и как я это буду делать? — в свою очередь поинтересовался я.
Воин помялся и предложил:
— Одевайся прямо на кровати, — стронуться с места он и не подумал.
Я почувствовал, что начал уставать от всей этой ситуации. Не говоря более ни слова, оделся, стоя в мокасинах прямо на постели, и спросил:
— Что дальше?