«Этот еще откуда взялся? – возроптал Влас. – Встал бы сбоку, а то, как специально, загородил собой Жана». В течение следующих минут дуло пистолета было нацелено прямо в затылок непрошеного гостя. После краткой беседы, незнакомец проводил Жана до самого входа в Дом Моды. Притом он как будто специально закрывал собой красавца-блондина.
«Сорвался», – с досадой подумал Влас. Тем временем, незнакомец уже переходил улицу, направляясь прямо к киоску, за которым прятался несостоявшийся стрелок.
Влас растерялся и судорожно стал запихивать пистолет в карман куртки, но пистолет как на зло не запихивался, тогда Влас швырнул его в узкий проем между киоском и стеной здания. Затем, чтобы не сложилось впечатления, что он прячется, Влас решительно шагнул из тени навстречу незнакомцу. Шагнул и остолбенел. Перед ним стоял Гость.
Глава тридцать вторая.
Белые «Жигули»
Издалека Власу казалось, что Гость одет в темное пальто, но теперь он видел, что Тот причудливо укутан плотной тканью темно-вишневого цвета. Лицо Гостя было величественно и спокойно.
Когда к Власу вернулся дар речи, он, заикаясь, спросил:
– Т-ты?
– Я, – с мягкой улыбкой ответил Гость.
– Ты ж-живой?!
– Живой.
– Почему Ты п-пришел?
– Не Я ли обещал Своим ученикам: не оставлю вас сиротами, приду к вам; еще немного, и мир уже не увидит Меня; а вы увидите Меня, ибо Я живу, и вы будете жить… Сорок минут назад, Влас, ты сам просил, чтобы Я устроил все по воле Своей. Если бы ты не просил, Я бы не стал тебе препятствовать, хотя Моему сердцу противно твое оружие.
– Оружие? – машинально переспросил Влас, косясь в ту сторону, куда швырнул пистолет.
– Ты избрал плохое оружие. Из него легко убить только самого себя. Да и не жалко тебе младенца убивать?
– Какого младенца?
– Жан – младенец душой.
– Ничего себе младенец!
Гость вздохнул:
– Ты думаешь, Влас, что внешнее непременно соответствует внутреннему. Это не всегда так. Если бы ты видел души людей, то знал бы, что часто юная красавица имеет обугленную полумертвую душу, а у страшного бродяги, разукрашенного наколками, может оказаться крохотная серенькая душа, трепещущая, словно домашняя собачонка на ледяном ветру. У Жана – душа младенца. Не жалко тебе убивать младенцев? Молчишь? В Риме в конце пятого века у Меня был добрый слуга, папа Григорий. Он ходил по улицам и искал нищих, больных и убогих, при этом ему приходилось посещать самые злачные и скверные места города. Среди отверженных, которых находил папа, было много искалеченных злодеев, состарившихся в блуде женщин, выброшенных на улицу и растленных там сирот. Он искал и собирал их, чтобы помочь. Он брал их на руки. Разрывал свою одежду на бинты и перевязывал гноящиеся раны. Обмывал несчастных от нечистот. Кормил. Читал им молитвы и причащал Святыми Тайнами. А когда он находил кого‑нибудь из них умершим от голода или убитым в темном углу, то сам отлучал себя от священнодействия, считая себя и только себя виновным в смерти страдальцев. Итак, это был Мой верный слуга. А как ты думаешь, Влас, может ли слуга быть больше господина своего?
– Прости меня, – взмолился Влас, – я опять чуть дел не наделал.
Гость мирно кивнул и спросил:
– Почему ты до сих пор не нашел себе духовного отца?
– Я… Так ведь я это… – запинался Влас. – Я искал… В церковь‑то я ходил. А с отцом Понтием у меня не сложилось. Испугался он… А где еще искать?
– Да, – задумчиво сказал Гость, – так многие говорят. Негде искать… Это ошибка. Нужно искать. Ищущий непременно найдет.
– Господи, – осмелел Влас, – Ты Сам помоги мне найти.
– Если ты просишь, Я помогу. Тебя отвезут, – с этими словами Гость подал знак белым «Жигулям».
Когда машина притормозила у кромки тротуара, Гость наклонился к окну водителя и попросил:
– Георгий, отвези Власа к отцу Серафиму.
– А Ты? – Влас умоляюще посмотрел на Гостя.
– Я буду там… и не один, – ответил Гость. – Иди, садись.
Поверхность машины напомнила Власу отполированную слоновую кость, но в данных обстоятельствах это его не особенно удивило. Он сел впереди, рядом с шофером, и «Жигули» сразу же тронулись. Гость остался на улице, и Влас видел, как Он проводил машину долгим взглядом.
Влас молчал, не решаясь первым завести разговор, да и не до разговоров ему было. Он с ужасом думал, что всего одна секунда отделяла его от убийства человека, а, может быть, даже и… Бога. «Если бы не Гость, если бы не Гость, Жан уже не дышал бы, – переживал Влас. – А ведь я и в Гостя случайно попасть мог. Прямо в голову…».