— Хорошо, господин, — согласилась Зайка, — а где мне его найти, этого помощника?
— Не знаю даже. Где-нибудь. Вот тебя же я как-то нашёл?
— Я поищу в конторе по найму посыльных. — улыбнулась Зайка.
— О, вот и юмор прорезался, — обрадовался я, — значит, возвращаешься к жизни. Ну а если серьёзно, есть фирмы по подбору персонала, можно попробовать там. Составь список дел, которыми твой помощник должен заниматься, скидывай в этот список всю беготню и вообще всю текучку. Вот пусть тебе и подбирают специалиста под эту должностную инструкцию. Кстати, я хочу перевести с «Артефакты» на новый завод Есению Жданову и Ирину Стоцкую. Посмотрим, как будут справляться. Надо же заводоуправления с нуля организовывать, Второв это дело совсем запустил.
— Так может, почтенная Ирина и подберёт для меня помощника? Она же кадрами занимается.
— Нет, твои люди должны быть только твоими людьми. Ты не забывай, что ты Ирину и будешь контролировать. И вообще помни, что ты не служащая, а полномочный представитель семьи. Ты хоть формально и не будешь над ними начальницей, но твои приказы к исполнению обязательны. Не позволяй себя подмять, они наверняка попытаются затеять какие-нибудь канцелярские игры. Обычай у канцелярского народа такой, вряд ли они от этого удержатся.
— Мне эти игры побоку, — спокойно ответила Зайка, — у меня один господин, а начальников и вовсе нет.
Вот я тоже думаю, что обычные канцелярские интриги тут не прокатят. Ещё большой вопрос кто там кого буквой зю загнёт, но я бы однозначно поставил на неё. Зайка только со мной зайка, я-то хорошо помню, как она Второва нагибала. И продолжает нагибать, судя по тому, что он от неё скоро под стол начнёт прятаться.
— Название заводу уже придумали?
— Думали, но пока ничего толкового не придумали. Да и времени особо нет об этом размышлять.
— Предлагаю «Мегафон», — «ну а почему бы и нет, хе-хе, похулиганим немного в память о прошлом мире», — по смыслу хорошо подходит. А сами переговорники можно мобилками назвать. Название запатентовать, вот и получится торговая марка.
— Звучит неплохо и сразу понятно, латынь же и греческий в школе все учат. Я обсужу со Второвым. — Зайка быстро делала какие-то заметки в своём распухшем ежедневнике.
— У тебя ко мне есть ещё вопросы, которые надо решить? Нет? Значит, осталось только одно дело, которое уже давно назрело и перезрело. Пойдём, дядька Ждан нас отвезёт.
Центральный салон самобегов Вышатичей был огромен. Стеклянный куб возвышался над окружающими его мрачноватыми гранитными зданиями в стиле северного классицизма, и выглядел в таком окружении совершенно чужеродно. После его постройки князь уволил весь состав градостроительной комиссии, которая разрешила возведение этой архитектурной нелепицы, и по слухам, поклялся, что ни один из них впредь не получит и веверицы из казённых денег. Слухи, скорее всего, были правдивыми — когда столичный архитектурный институт принял бывшего председателя комиссии на должность заведующего кафедрой, институт немедленно лишился княжеской дотации, которая составляла три четверти его бюджета. Нового завкафедрой срочно уволили, а ректору пришлось порядком поунижаться, чтобы восстановить прежнее положение вещей. После этой истории чиновники хорошо уяснили, что не всякую взятку стоит брать, но здание так и осталось стоять памятником архитектурной бездарности и коррупции.
В салоне можно было купить любую модель, будь то наша или импортная, в разумных пределах, конечно. Азиатские самобеги у нас редкость, а допустим, продукция германских княжеств довольно широко представлена, не говоря уж об имперских самобегах от Генриха Минца. Сразу от входа начиналась территория народных моделей, стоимостью в районе ста гривен, а простейшую мотоколяску можно было приобрести и за восемьдесят.
— Сразу видно, на каких моделях Вышатичи делают деньги. — заметил я Зайке.
— Нижний сегмент, всё как везде. — согласно кивнула Зайка. — А вообще у Вышатичей образцовая организация полного цикла, их и в университете проходят. У них можно многому научиться.
Я сдержал улыбку. Она-то как раз научится, тут у меня никаких сомнений нет.
Прогуливаться в одиночестве нам пришлось недолго. Завидев золотые сословные значки, приказчики засуетились, и через минуту к нам подлетел молодой человек с косой чёлкой и щегольскими усиками — излюбленным имиджем приказчиков во всех мирах.
— Господин, госпожа… Позвольте представиться: старший приказчик Семён Ольмин. Могу ли я быть вам полезным?