Айзор застегнул фрак и пришел к выводу, что ни дырки, ни крови на черном почти не заметно. Сойдет.
- И что, мне прямо так идти? – уточнил он у профессора.
- Куда ты собрался?!
- Не понимаешь? Я пойду к Сердцу замка.
Вазмор с ужасом понял, что он обезумел. Что и выдал в красочно-эмоциональной форме, сопроводив речь уточнениями, как именно он погибнет и в каких мучениях.
- Хорошо, - кивнул Айзор, развернулся и направился прочь из медблока.
- Постой! Остановись же ты! Стой!
Вазмору пришлось телепортироваться к двери и заслонить ему дорогу.
- Да объясни мне толком, что происходит?!
- Вазмор, мне некогда с тобой возиться. У меня в голове, - Айзор дважды ткнул пальцами в висок, - полный сумбур. Мне нужно вспомнить еще, чтобы понять, что происходит.
- Но… - Вазмор смешался, - пару часов назад ты ничего не хотел вспоминать!
- А я и не хочу, знаешь ли! Меня заставляют! Меня обвинили в бойне… Даже нет, в геноциде целого народа! И это… Ну, разве может один человек быть виновен в таком? И почему я? Как мои действия могли привести к такому? Гвардейцы показали мне, что сами видели. РЕАЛЬНОСТЬ.
Вазмор смотрел на него, затаив дыхание.
- В общем, мне абсолютно некогда. Уйди с дороги.
Он потянул его за плечо и оттолкнул в сторону. А Вазмор обернулся, чтобы крикнуть вслед:
- А что, если это окажется правдой?
Айзор остановился в коридоре, обернулся к нему и посмотрел как-то растерянно и печально.
- Что тогда?
- Тогда Ригуне просто исполнит приговор.
Йогост Траудгост
На экран фонса действующего ректора Ивилона Йогоста Траудгоста транслировалось видео с камеры наблюдения. Ректор сидел за своим ректорским столом и взирал на экран с чувством человека, который очень долго копал своему врагу могилу и уже выкопал достаточно глубоко, но внезапно узнал, что враг в это время не только выкопал себе могилу сам, но и успел в нее закопаться. Йогост почувствовал раздражение, смешанное с презрением. Затем эти чувства сменила досада: так долго Вазмор Адориус представлялся ему достаточно серьезным противником, а тут вдруг выясняется, что на деле-то он идиот! И все это время лишь успешно притворялся! Какая глупость. Бездарно потраченное время.
И все же интересно, кем на деле является этот его «дворецкий». И что их связывает. Вазмор представлялся вполне здравомыслящей личностью, но после того, как появился это тип, растерял все свое благоразумие и внезапно стал вести себя абсолютно не свойственным, радикально-нелепым образом!
Через плечо Йогоста на экран взглянул Груниум.
- Неужели они серьезно полагают украсть или что-то сделать с Сердцем замка? – абсолютно невзволнованно поинтересовался он, отхлебывая вино из бокала.
- Не думаю… - задумчиво отозвался Йогост. – Смею надеяться, что Вазмор все-таки не окончательно свихнулся и должен понимать, что ни двоим людям, не дюжине это не под силу.
- Что же их тогда туда так тянет?
- Меня лично больше интересует, кто этот тип. – Ректор указал на беловолосого.
- У меня есть предположение, однако оно лишено каких-либо доказательств. Только интуиция и… сходство изображения.
- Что ты имеешь в виду? – Йогост подумал, что Груниум вечно начинает выражаться слишком витиевато, когда выпивает.
Тот открыл фотографию на своем фонсе и положил его перед Йогостом Траудгостом. Ивилонский ректор склонился над экраном и несколько долгих секунд вглядывался в черты запечатленного на фотографии мужчины.
- И что? – наконец, не выдержал он. – Не понимаю, к чему мне видеть фото…
- Это он.
Йогост обернулся к Груниуму и изучил его удивленным взглядом.
- Он умер два года назад. В этом ни у кого нет сомнений.
- Тела никто не видел.
Ректор еще раз посмотрел на фото.
- Да они не очень-то похожи… Хотя… Если… И… - он задумчиво покрутил фонс с фото в руках.
- Просто тогда все сходится. Почему бы еще Вазмор свихнулся?
Йогост задумчиво перевел взгляд на свой фонс. Перед лифтами уже никого не было – профессор Адориус и его дворецкий спустились ниже.